Принц и нищенка

Просто ложился на мою кровать, упирался в меня лбом и я слышала эти мерзкие, чавкающие звуки, заставляющие меня умирать от страха и омерзения.

Я до боли закусываю кожу на руке и забываю, как дышать. Лучше бы я ничего этого не слышал и не представлял.

— Почему ты не сказала маме… — это единственные слова, которые я смог найти.

— Ахахаха! — она засмеялась так, что стало страшно, — Ее интересовала только водка и чтобы дома были какие-нибудь штаны!

— Да там же, где и отчим! — Чумакова невозмутима, — Они, как обычно, перепились, передрались и он ее зарезал… Мне было девять.

— Бл%дь! — на этот раз я закрываю ладонью глаза.

— Его посадили и в тюрьме он сдох от туберкулеза! Конец!

В комнате воцаряется тишина, прерываемая звуками моего частого, тяжелого дыхания. Мне кажется теперь мой мир вообще никогда не будет прежним. Я не понимаю, как перестать об этом думать. Моя бедная дикарка…

— Чумакова, пожалуйста, дай я тебя обниму! — говорю каким-то детским голосом, — Я сейчас просто умру, если не обниму тебя!

— Какой ты впечатлительный!

— А еще похоже тупой…

Тянусь к ней и сгребаю в охапку, прижимая спиной к своей груди, Чумакова сразу же напрягается. Черт! Наверняка, это дико ее триггерит. Отпускаю ее, а когда она приподнимается, обнимаю ее еще раз, теперь обхватывая ладонями ее спину, припечатываю лицом в мою шею. Так хорошо ощущается насколько быстро бьется ее сердце, а частое, рваное дыхание на моей коже выдают, что она только храбрилась, когда делала вид, что рассказывает обо всем без боли. Аккуратно ее глажу, а она не дергается.

— Я просто хочу тебя пожалеть, — говорю шепотом и перебираю ее волосы, скольжу рукой выше и нежно провожу пальцами по голове.

— Я не знаю зачем я тебе это рассказала, — от ее дрожащего голоса у меня бегут мурашки, а сердце все еще ноет, — И почему вообще рассказала именно тебе.

— Ты никому раньше об этом не говорила?

— Нет, — она вздрагивает.

— Наверное, в душе ты чувствуешь, что я хороший парень.

— Ты опять? — Чумакова выпутывается из моих рук и хмурит брови.

— Да я про душевные качества! — я пытаюсь еще раз ее обнять, но теперь она не позволяет мне этого сделать.

— Все, Фил, иди! Только телефон оставь…

— Нет, ты чего? Я останусь! — говорю взволнованно.

— Где ты останешься? — она удивленно расширяет глаза.

— Слушай, — Чумакова вздыхает, — Я в порядке, правда, я уже давным давно свое отплакала, собралась и живу дальше. Накрывает только вот в такую темноту. Поэтому, не надо меня жалеть, не надо смотреть на меня, как на калеку и сидеть на моем полу, тоже не надо. Я надеюсь, мы друг друга поняли. Желаю тебе творческих успехов в твоем непростом деле и чтобы тебе попадались только сговорчивые девчонки!

— Ну хватит… Я останусь…

— Мы с тобой сегодня это уже обсудили.