Призрачная дорога

Обсудив все насущные дела за половину отведённого нам времени, остаток сеанса детский психолог посвятил рассказу о своей приёмной дочери, девочке-подростке.

– Такие дети страдают дефицитом внимания и постоянно вас проверяют, – сказал психолог. – Моя, например, лежит под одеялом, а ножки наружу торчат.

Мы слушали молча. Кисонька старалась сосредоточиться на ножках приёмной дочери психолога. Это давалось ей непросто.

– Я подхожу и ножки её укутываю, – продолжил психолог, показывая руками, как именно он укутывает голые ножки своей приёмной дочери-подростка. – А недавно она с уроками не могла справиться, – вспомнил психолог. – Я-то знаю, что могла, это она моё внимание хотела привлечь.

Психолог хитро улыбнулся.

– Разбросала тетрадки, сидит, плачет. Я подошёл, спросил, что случилось, она ревёт. Я тетрадки собрал, положил с ней рядом, встал на колени и слёзы ей утираю. Это она специально плакала, чтобы моё внимание привлечь. Хотите?

Психолог предложил Кисоньке лимонад, она отказалась. Кисонька старается избегать напитков, включающих в себя консерванты группы Е и всякую химию.

– Или на днях выходит из душа вся мокрая, волосы, всё мокрое, и садится чай пить, а у нас на кухне окно открыто. Я побежал за полотенцем и хорошенько её вытер. Она специально мокрая, чтобы моё внимание привлечь.

За тройную почасовую оплату психолог согласился нанести старушкам визит.

В квартире происходили сборы – дом подлежал сносу по программе реновации, близилась дата переезда.

Диван был завален тюками, психолога посадили на кровать сиротки, обе старушки устроились перед ним на табуретках.

– Ребёнку вредно раздвоение внимания, – сказал психолог. – У неё не сформируется навык привязанности.

– А как же страховка? – спросила бабка-блогер. – Нельзя складывать яйца в одну корзину.

– У нас тендер, – вставила родная бабка. Ей явно нравилось это слово.

Сама сиротка в это время была со мной на детской площадке во дворе и не услышала, что является предметом тендера.

Она устроилась на железной карусели и потребовала крутить её как можно быстрее.

Услышав про тендер, психолог поводил ступнями в тапках, скрестил их, захотел завести под кровать, но ему помешал какой-то предмет, лежащий под этой самой кроватью.

– Моя дочь иногда спрашивает про маму. Где её мама, почему она от неё отказалась, – завёл психолог про свою приёмную. – Я честно рассказываю, что у мамы проблемы с алкоголем, что органы опеки решили забрать дочь, чтобы не подвергать её опасности. Ваша внучка знает про свою маму?

– Мы ей не говорили, – ответила родная бабка, а бабка-блогер ничего не смогла сказать, из её глаз потекли слёзы.

– Мне страшно ей это сказать, – сглотнув, пояснила бабка. – Мне кажется, если я ей скажу, то это будет уже окончательно.