Слезы черной вдовы

«Учительница» явно приехала с намерением Елизавету отравить - но отчего же передумала?! Неужто взяла и простила вдруг? Едва ли…

И снова Кошкин подумал, что Светлане кто-то мстит. Жестоко, беспощадно. За что? Ответ вертелся на языке, но признавать его как факт Кошкин не желал…

И, главное, кто мстит? С чего эта дама считает, что она вправе?!

- Опишите эту посетительницу как можно подробнее, - уже без сил попросил он. - Возраст, цвет волос, глаз, рост… хоть что-нибудь!

Инокиня призадумалась - видно было, что она изо всех сил пытается вспомнить, но в итоге лишь покачала головой отрицательно:

- Возраст - примерно как матушка-настоятельница наша. Старенькая уже, лет тридцать. Лица вот совсем не припомню… Лицо как лицо. А волосы под платком были, у нас женщинам нельзя с непокрытой головой.

Кошкин глядел на нее почти с мольбою, надеясь, что вот-вот она вспомнит что-то более определенное. Наконец, матушка беспомощно пожала плечами и улыбнулась, как будто извиняясь. Увы, но она действительно едва ли вспомнила бы что-то - два года прошло как-никак.

- Спасибо вам, матушка Магдалина… вы помогли очень сильно. Если припомните все же что-то о той «учительнице», умоляю вас, непременно дайте знать. Сообщите вашей настоятельнице - у нее есть мой адрес. Простите, что отнял время.

Инокиня покорно кивнула. Кошкин уже направился к двери, чтобы уйти - но она его вдруг остановила:

- Вот уж не знаю, нужно ли вам это, но Евдокия мне потом, позже, сказала, как эту даму на самом деле зовут.

У Кошкина екнуло сердце.

- И как же? - боясь спугнуть в удачу, спросил он.

- Чужое такое имя. Не наше, не православное. Нелли.

Солнце клонилось к закату, когда Кошкин вернулся в Петербург. Всю дорогу он провел в раздумьях об этой таинственной посетительнице - Нелли. Звучит и впрямь по-иностранному… а иностранка в этом деле фигурировала лишь одна. И она действительно имела основания мстить. И даже имя ее… Кошкин помнил откуда-то, что одним из сокращений имени Хелена было Элли или Нелли. Это по документам она Хелена, но кто знает, как называют ее близкие?

Сегодня уже поздно, а завтра непременно нужно добиться аудиенции у руководства и получить санкции на официальный допрос этой гувернантки! На том Кошкин и остановился.

На вокзале как на грех в это же время собирали почтовую карету для отбытия в направлении Сердоболя, а это значит, к ночи он был бы в Горках, если б сел… до чего же хотелось Кошкину наплевать на все условности и действительно поехать. Вот только как он объяснит свое там появление? Да еще и ночью. Не было ни одной маломальской причины ему теперь быть в Горках: все обвинения он со Светланы снял, все протоколы она подписала. Теперь она свободна и ничуть не зависит от него.