Слезы черной вдовы

Вчерашним днем его брат пропадал с мольбертом и красками где-то в лесу - как, впрочем, и в большинство других дней. Ольга, жена Николая, тоже отсутствовала, но где именно, он толком не знал: может, ездила в церковь, может, в город. А может, по обыкновению возилась в саду со своими цветами. Ольга была маленькой, тихой и незаметной, как тень, удивительно дело, но Грегор никогда не мог с точностью сказать, где эта женщина в данный момент находится и чем занимается.

Сам Грегор с утра совершил привычную прогулку по окрестностям. Конечно, не обошелся без того, чтобы заглянуть на противоположный берег озера и не побеседовать с Наденькой. Потом помогал Максимке, своему племяннику, в их извечной войне против monsieur Жуппе, его гувернера. Тот опять за что-то наказал Максимку и запретил ему выходить на улицу в такой чудесный летний день. Мерзкий французишка. Чему он может научить парня? Душиться и пудрить физиономию? Мерзость какая… Уж не говоря о том, что иностранцам с подобной фамилией вовсе следует запретить въезд - это же неприлично, он ведь и дамам так представляется!

Спален в доме имелось только две, так что стелили Грегору в кабинете, совмещенном с библиотекой. Жуппе ночью вроде бы никуда не отлучался… хотя Грегор спал всегда очень крепко и поручиться за это не мог. Нет, конечно, это бред, что Жуппе ночью покинул дом, переплыл озеро и застрелил графа Раскатова… просто единственный, кого Грегор мог представить в роли убийцы, был лишь мерзкий француз.

- Должно быть, я ничем вам не помог, господа, - развел он руками, когда закончил рассказ, - но вчерашний день действительно ничем не отличался от сотни других.

Девятов вновь тайком глянул на начальника. Грегор уж думал, что тот вновь смолчит, но Кошкин неожиданно заговорил, меняя отчего-то тему:

- Григорий Романович, вам не доводилось слышать, что у графини кое-кто гостит?

- Князь Боровской? - тотчас вырвалось у него.

Впрочем, заметив переглядывание сыщиков, он понял, что попал в точку. Леон - глупец! Вляпался-таки в историю! С полминуты еще Грегор осыпал приятеля отборнейшими ругательствами. Впрочем, «приятели» - это о них слишком громко сказано.

- Мы познакомились с молодым князем Боровским года два назад, в Европе, - неохотно заговорил Грегор, поняв, что теперь надо выкладывать и остальное. - Он учился там, а я путешествовал. По его возвращению в Петербург, мы знакомство продолжили, тем более что ужинаем в одном и том же клубе и, разумеется, имеем уйму общих приятелей - так что, можно сказать, дружим…

В Петербурге, зимою, когда Грегор едва-едва познакомился с Наденькой, на одном из приемов он сам представил Леона своим соседкам по даче. Интерес у Леона к сестрам возник сразу: тот стал оказывать им всяческие знаки внимания, а вскоре принялся навещать с завидной частотой.