Слово авторитета

А у падлы его быть не может.

— Ты бы поспокойнее, — с улыбкой умерил пыл старого вора майор. — Тебе еще одну рюмашку — и ты мебель начнешь крушить направо и налево, а ведь она денег немалых стоит.

Васил громко выдохнул, остывая.

— Не буду скрывать, кум он был от бога. Такой, как он, раз в десять лет родиться может. Любил, чтобы все было так, как он скажет. Уважаемого уркагана мог посадить в петушатник лишь потому, что тот осмелился слово поперек ему вымолвить. И в каждой колонии развивал такую деятельность, что усилия конторы в сравнении с ним покажутся детсадовскими играми.

В каждой хате, в каждом отряде он имел своего агента. Не знаю, как ему это удавалось, но получалось так, что в стукачах у него оказывались очень уважаемые блатные. Может быть, подкупал их или прессовал. Не знаю! Но они работали на него так, как родине бы не служили!

Что творится в зоне, он знал лучше любого вора. Бывало, ляпнешь что-нибудь, а ему уже через час сообщат. Страшный человек! У меня было такое ощущение, что вся колония работает на него. И агентуру-то он заводил для того, чтобы с блатных отщипнуть большую копейку. А переводили его потому, что он делиться не хотел ни с кем, греб под себя в обе руки!

— У меня вот к тебе какое дело, Васил.

Ты бы мог передать ему, как бы случайно, кое-какую информацию?

— А сам ты что, не можешь, что ли? — хмыкнул Васил.

— Информация будет ложная, но очень важно, чтобы он в нее поверил. И прийти она должна к нему через человека, которому он доверяет.

— Давай размочим, — взмолился Васил, — не могу я ТЭДС, на сухую, нужно переварить как следует.

— Только вот до сих пор, — согласился майор, черкнув указательным пальцем по самой середине стопки.

— Понеслась, — коротко и емко проговорил Васил слегка коснувшись стопки майора.

В этот раз предпочтение отдавалось сервелату, нарезанному не по-российски, тоненькими, едва ли не прозрачными ломтиками.

Вдохнув запах пряностей, исходивший от мяса, Васил проглотил его едва ли не целиком. Усольцев, напротив, откусил лишь махонький кусочек и съел осторожно, вдумчиво оценив вкусовые качества.

— Понятно, о чем речь, — загорелись глаза Васила, — туфту хочешь ему всучить, и чтобы он в нее поверил. Только ведь Батя очень осторожен. Мигом раскусить может.

Хотя, если покумекать, можно кое-что придумать. Уж очень хочется ему рога поломать! Есть у меня один человечек, полуцветной. Он мне должен очень много. Когда-то на зоне он входил в пристяж Закира Каримова. А тот в свою очередь до сих пор с Федосеевым корешится. Если грамотно ему нашептать, то косяк твой до ушей Бати дойдет в чистом виде.

— Тогда будем считать, что в расчете? Васил отрицательно покачал головой:

— Не согласен. Считай это моим подарком. Мне самому до смерти хочется, чтобы Батяня рога замочил.