Слово авторитета

Сплю я очень чутко, проснулась. Подхожу к двери, смотрю в «глазок». А на лестницу голая девушка выбежала, а за ней двое мужчин. И побежала не вниз, как это сделала бы на ее месте всякая другая, а наверх, откуда и убежать-то сложно. Так вот, за ней двое мужчин… тоже раздетые, с золотыми зубами. И волокут ее обратно в комнату. И что меня удивило, никакого недружелюбия на лице девушки и в помине нет, а даже наоборот, словно довольна такой игрой. Ну, я их понимаю, молодые, — несколько жеманно заключила женщина, манерно поправляя рукой волосы, отчего ее ноги оголились еще больше.

И у капитана возникло стойкое подозрение, что под халатиком у собеседницы только восторженная плоть.

— Понятно, — произнес капитан, стараясь погасить улыбку. — А может быть, вы видели, как к нему захаживали какие-нибудь подозрительные личности?

— Молодой человек, а что мы здесь с вами как-то стоим в проходе?

Давайте пройдем в комнату да поговорим пообстоятельнее, — неожиданно оживилась женщина, повернувшись.

— Собственно, я ненадолго, — перешагнул порог Шибанов, уже давая себе слово не задерживаться.

Коридор был необычайно аккуратным.

Такой можно встретить только у старой девы, помешанной на чистоте, — сразу от порога по длинному коридору в комнату убегал ковер с высоким ворсом. Шибанов, в своей уставной обуви, почувствовал себя едва ли не варваром, перешагнувшим порог храма.

— К нему захаживали разные личности, — доверительно произнесла женщина.

Шибанов невольно отстранился, в ее голосе присутствовал такой сложный спектр томления, что способен был смутить куда более стойкого мужчину. — Но, признаюсь вам откровенно, они мне не нравились. Я даже просто скажу, все какие-то очень подозрительные.

С золотыми зубами, а еще наколки у них на пальцах, — выставила женщина вперед свои белые ладошки. — Ну, какие обычно в тюрьме делают.

— У меня племянник был в тюрьме, — слегка поморщилась женщина, — так вот у него были точно такие же. И в тюрьме-то недолго сидел, всего лишь года три, а искололся так, как будто сорок лет провел за решеткой. Меня, как учительницу начальных классов, это всегда очень коробило.

— Разумеется, — с серьезным видом поддакнул капитан. — Значит, вы говорите, что видели вашего соседа на Курском вокзале?

— Да, именно так, — подтвердила женщина, — и в окружении очень подозрительных личностей.

— Ну что ж, не смею вас больше задерживать, — официально произнес Шибанов, давая понять, что разговор завершен.

— Может быть, вы все-таки желаете чаю, как-то уж очень неудобно получилось, — беспомощно развела руками женщина.

— Извините, служба! — ухватился Григорий за ручку двери, почти уверенный в том, что будь она лет на тридцать моложе, то он вряд ли сумел бы отказаться от ее предложения.