Слово авторитета

А новое место может быть и в лесополосе, где вместо бабы придется пользовать какую-нибудь кикимору. Ну а о спиртном и вовсе придется забыть. Уловив настороженность пехоты, Федосеев продолжил ободряюще:

— Здесь недалеко. В Капотню.

На лицах парней засветились одобрительные улыбки. Не центр, конечно, но жизнь в тех краях тоже бурлит.

— Ни хрена себе недалеко, — больше для порядка, чем из-за душевной тоски, протянул аристократ. — Это, считай, почти через весь город переть нужно!

Так, когда ехать-то?

— Значит, так Закир распорядился?

— Да. Машина на ходу? — показал Федосеев на «ЗИЛ», стоящий у самого забора.

Уголок рта у конопатого неприязненно пополз вверх — это был ответ, что должно было означать не иначе, как: «Если бы он был неисправный, так Закир нам бы головы отвернул».

— Что в ящиках, знаете?

— Ведь не без глаз же мы, кум, — проговорил конопатый, — ничего, что я тебя так по-простому?

— Валяй, — усмехнулся Федосеев. — Ну, что же вы стоите, ребятки, начинайте, время не терпит, — доброжелательно, но настойчиво произнес Иван Степанович. — А я вот здесь на крылечке посижу да вашей расторопностью полюбуюсь. Мне-то ведь нельзя. Мой организм служба поломала. Вы думаете, легко разве стеречь таких бродяг, как вы? То-то и оно!

Наступило самое время, чтобы определиться в отношении с партнерами. Да и западло это, вместе с зэками (пусть и бывшими) ящики таскать. Иван Степанович на зоне спины не гнул, а на пенсии тем более надрываться не собирается.

Затянулся сладенько. В его взгляде было нечто большее, чем могло показаться на первый взгляд: «Я в чалкиной деревне таких, как вы, погонял, а если потребуется, то и сейчас могу на четыре точки поставить. Так что слушайтесь меня и не чирикайте».

Конопатый, сев за руль, подогнал «зилок» вплотную к сараю, так, чтобы высокий фургон закрывал проем. Парни работали почти неслышно, лишь иной раз Федосеев слышал их напряженные покрякивания и знай себе смолил сигареткой, размышляя о насущном.

Рыжий подошел откуда-то сбоку, совсем тихо и у самого уха произнес сердито:

— Ну, что сидишь? Ехать нужно. Старик дернулся от неожиданности и, заметив улыбающееся лицо, чертыхнулся:

— А очко-то у тебя, кум, не железное. Видно, зэки здорово тебе нервишки-то попортили.

— Да уж, постарались, — согласился Федосеев, поднимаясь. — Ты по какой статье-то на зону угодил?

— Гоп-стоп, — улыбка у конопатого сделалась еще шире.

На разбойника он походил мало. Скорее в нем что-то было от рыжего клоуна. Надень на него клетчатую кепку и хоть сейчас выпускай на манеж. Вот только публика отчего-то не смеется.

— Оно и видно, — проскрежетал зубами Иван Степанович, направляясь к кабине.

За рулем сидел аристократ.