The Телки. Повесть о ненастоящей любви

Какая разница, откуда я знаю? Просто в теме, и все. Ты лучше скажи, какое отношение «Перфектил» имеет к твоей отвратительной читке?

— Я его сегодня у Ленки в ванной с «Фесталом» перепутал. Живот болел, я и лупанул четыре капсулы.

Антон презрительно фыркает.

— Чего ты фыркаешь, я чего, знал, что ли?! - злобно реагирую я.

— И чего теперь с тобой будет? — настороженно спрашивает Ваня.

— А ничего! Отрастут у меня ногти, сиськи, губы надуются, и выйду я замуж за олигарха. Хоть с вами, дураками, перестану на репетициях время тратить!

— Из тебя получится прикольная телочка, — смеется Ваня.

 — Мы тебя сразу Листерману продадим, а на вырученные бабки построим студию.

— Ты бы еще капсулу открыл и снюхал содержимое, Кейт Мосс ты наша подмосковная! — равнодушно замечает Антон.

— Ой, кто бы говорил! — тоном базарной торговки парирую я. — Вань, ты посмотри на нашего продвинутого чувачка, а? Короче, рассказываю. Этот сноб в прошлом году встречался с одной телкой. Нашел у нее дома крем для сосков Agent Provocateur.

— Что за крем? — не врубается Ваня.

— Так, хорош уже придумывать! — напрягается Антон.

— Ничего не придумываю, ты мне сам рассказывал. Это, Ваня, крем, которым телки соски мажут, чтобы вставали, когда футболку надевают на голое тело.

— И чего? — Все еще не понимает Ваня.

— А то, что этот модник, — указываю я на Антона, — решил, что раз соски эрегируют, то этим кремом можно и член намазать, да, Антон?

— Все, закончили, — Антону неприятно продолжать разговор.

— Нет, нет, давай, Дрончик! — ржет Ваня.

— Короче, намазал член. Эрекции никакой, зато жгло, говорит, сильно, — хохочу я. — Долго жгло, Тох?

— Я чувствую, мы сегодня все на юморе вместо музыки.

Предлагаю разбежаться, — тихо говорит Антон.

— Ой, ладно тебе! Ты меня подколол, я тебе ответил, — продолжаю я.

— Что-то ты меня в последнее время дико утомил своими подколками…

— Ты меня тоже, что с того?

— Ну иди, прикалывайся в другом месте, клоун!

— Какие мы обидчивые! Меня, значит, можно изводить за «Перфектил», а тебя за крем для сосков нельзя?

— Дрон, ты пошутил, все посмеялись, — напрягается Антон. — Я больше репетировать не хочу. Разбегаемся.

В это время открывается дверь, и из комнаты выходит Никита, двадцатитрехлетний брат Антона, обладатель великолепного брюшного пресса, хорошо развитых мышц, спутанной копны светлых волос и смазливой рожи, похожей на физиономию солиста «А-На» Пола Ваактаара.

Из одежды на нем только белые трусы Calvin Klein с высокой резинкой. Судя по помятой роже, спать он лег часов в шесть утра. Кивком головы Никита здоровается с каждым из нас, проходит к холодильнику, достает пакет яблочного сока и принимается пить жадными похмельными глотками.