Ветер над островами

Толстяк Аглаю заметил, кивнул, по мне же скользнул подозрительным взглядом, встретив с моей стороны совершенно тупой и равнодушный. Он, похоже, «бывшим» себя не считает, как мне кажется. Надо иметь в виду.

Дальше Семен Пузан — так, насколько я помню, звали этого толстуна — потерялся в толпе. Вера говорила, кажется, что он хозяин моряцкой гостиницы, что возле порта. Помню такую: как раз когда в город идешь, она по левую руку остается. Там еще кабак на первом этаже.

Народ все прибывал и прибывал, голоса накладывались на голоса, становилось даже тесновато. Много было молодежи, но и людей постарше хватало, подчас и совсем постарше, уже почтенными сединами убеленных.

Танцульки здесь были явно для всех возрастов. Те, кто постарше, рассаживались на лавках вдоль стен, молодежь предпочитала стоять. Мы с Аглаей, болтая ни о чем, тоже пристроились у колонны в центре зала, неподалеку от площадки для танцев.

Вот один из музыкантов, скрипач, молодой, худой и очень высокий, одетый в белую рубаху под ярко-красным жилетом, что-то крикнул, что — я не смог разобрать, затем громко отсчитал: «Раз, два, три!» — взмахнул смычком, и ансамбль очень слаженно и лихо заиграл.

Что играли? А трудно сказать. Что-то было и от кантри, что-то и от русской музыки, что-то… черт знает, я не музыковед. Легкая, веселая, чуть разухабистая музыка, под которую легко танцевать.

Начало танцев немного удивило. Никто не собирался в группы и не разбивался на пары, люди выстраивались в нетесные ряды и начинали танцевать, повторяя движения за скрипачом, успевавшим выделывать еще какие-то кренделя ногами. Впрочем, не слишком сложные, так что танцевать могли все. Сначала людей на площадке было немного, больше смотрели, чем плясали, потом стало больше и еще больше, и когда мы с Аглаей все же присоединились к ним, то оказались чуть не в последнем ряду.

Хоть я большим танцором никогда не был, но в ритм попал свободно — действительно ничего сложного. Что-то подобное я видел в Америке, в Техасе, куда ездил по приглашению своего бывшего сослуживца, несколько лет назад сменившего страну проживания. Точно так же в большом кабаке люди строились в ряды и танцевали под кантри. И вот теперь что-то подобное здесь, разве что кантри не совсем кантри, а так все соответствует.

Даже шляпы.

Оркестрик так отыграл с десяток песен, после чего объявили маленький перерыв. Люди, смеясь и болтая, расходились к стойкам.

— Ну как тебе? — спросила Аглая, принимая от меня новый бокал с сидром.

— Отлично, — показал я большой палец. — И организация танцев разумная, я с моими талантами не могу никому ноги оттоптать.

— Ну это временно, — засмеялась она. — После перерыва танцевать будут уже парами, так что у тебя все впереди.

Мне очень понравилось, как она смеется.