Ветер над островами

Пришлось подождать: быстро у девчонок уже не получалось. Кое-как подхватил три бокала и осторожно пошел назад, сканируя пространство перед собой на предмет движущихся по неправильной траектории тел. Не хотелось, чтобы два сидра и пиво выплеснулись мне на сорочку, да и вообще… Когда подходил к колонне, увидел стоящего перед Аглаей и Полиной Пузана. Вид у него был надутый и недовольный, он явно на чем-то настаивал. Аглая вежливо улыбалась и отрицательно качала головой. Семен попытался взять ее за руку, но она руку убрала, не переставая улыбаться.

Я подошел ближе, спросил:

— Какие-то проблемы?

— Нет, никаких, — обернулась ко мне Аглая, принимая бокал.

 — Мы просто беседовали.

По Семену не было заметно, что они «просто беседовали». Он был мрачен, надут и к тому же еще заметно пьян. Круглое красное лицо покрылось потом, от которого борода слиплась сосульками, рубашка тоже промокла от пота — на спине и под мышками расплылись большие пятна. Жилет Семен снял и держал в руке, толстой и заросшей рыжими волосами.

Обернувшись ко мне, Семен посмотрел мрачно, а я ответил все тем же радостно-туповатым взглядом. Пропыхтев что-то, он повернулся и пошел от нас вперевалку.

Потом опять были танцы, Полину, так и оставшуюся с нами, пригласил какой-то приезжий с другого острова. Чуть позже Аглая оставила меня «на пять минут», встретившись с немолодой парой — судя по тому, что она успела сказать, какими-то родственниками. Я их даже помнил, кажется, с поминок: были они там.

На эти «пять минут» я отправился бесцельно блуждать по залу, просто глазея на людей. Остановился у танцплощадки, постоял, притопывая ногой в такт музыке. А затем почувствовал, как кто-то тронул меня за локоть.

Обернулся — рядом стоял лопоухий и конопатый парнишка лет восемнадцати, который сказал:

— Там с тобой поговорить хотят, — и показал в сторону выхода.

— Это где «там»? — уточнил я.

— А на улице! — как-то радостно объявил он.

— А сейчас приду, — пообещал я, хлопнув его по плечу.

Честно говоря, меня какой-то азарт одолел. Нет, зачем зовут — понял я сразу. Еще понял то, что зовут как в моем детстве, «давай выйдем поговорим», то есть для драки. Если бы что-то подобное услышал в жизни недавней — насторожился бы, а может, и вовсе эвакуировал себя и даму через запасной выход — тогда всего можно ждать было, — а здесь… а здесь я схожу, не вопрос.

Не будут здесь стрелять, и ножа ждать незачем. Доказать сейчас не смогу, но так чувствую. Не дадут здесь ножами размахивать — правила здесь такие, жесткие, в этом я уже разобрался.

Оглянувшись, убедился, что Аглая пока занята разговором, так что все в порядке, и пошел к выходу. Там, на входе в зал, тоже было немало людей, куривших трубки и маленькие сигары, болтавших, стоявших и сидевших на низком заборчике.