Ветер над островами

Поводья коней у них приняли, сразу отвели за шеренгу, потом один из ополченцев, мой тезка Алексий, гарпунщик с китобойного шлюпа «Хищник», ловко собрал у спешенных всадников оружие — револьверы и «винчестеры».

На звук наших шагов один обернулся — и мы немедленно друг друга узнали.

— Какая встреча, — ухмыльнулся он мне, малость глумливо.

— Действительно, свела судьба, — притворно вежливо поклонился я Фоме — тому самому, что пытался обыграть в карты нашего пьяного шкипера Игнатия.

Оглянулись на меня и остальные.

— Здравствуй, Павел, рад встрече, — так же неискренне ухмыльнулся я своему бывшему противнику в драке.

— Не так свиделись, — вроде как с неким сожалением протянул тот.

— Да нет, как раз нормально, — ответил я.

— Знаком с ними? — обратился ко мне Байкин, с недоверием поглядывая на задержанных.

— Немного, — кивнул я. — Назвать «добрыми людьми» язык не повернется. И давайте разведите их в стороны, чтобы между собой не болтали! — Вспомнилось, что мне про них кабатчик рассказывал в Новой Фактории. А того, что они как раз оказались на этой не самой проезжей дороге, тоже не следует со счетов сбрасывать. Ребята эти — бандиты, а бандитам в месте проведения операции, да еще и скрытной, делать точно нечего, надо меры принимать.

Вроде как раскомандовался, но никто не удивился. Взводный Петр приказ мой подтвердил, после чего сказал одному бойцу:

— Вот как… Марьян, бери двух лошадей — и давай за братом Иоанном. Пусть он разбирается.

Я про себя отметил, что брат Иоанн, получается, здесь вообще за настоящего особиста, если такие вопросы сразу к нему перекидывают.

Задержанных усадили на обочину дороги, поодаль друг от друга, обыскав уже внимательней и изъяв еще три ножа, маленький револьвер и двуствольный «дерринджер» весьма богатого вида. Вид у Фомы и его дружков был злой, но брыкаться они не рискнули — понимали, что здесь обстоятельства непростые, это не в кабаке в центре города понты бросать.

Брат Иоанн прискакал вместе с одним из объездчиков из Новой Фактории — тем самым «Цыганом», что тогда, на площади, за палача выступал. Я перехватил взгляд Фомы на него и понял, что сейчас бандит явно испугался. Чего именно, интересно? Вообще репутации объездчика или чего-то конкретного?

Спешившись и отдав поводья, брат Иоанн подошел к Фоме, сел перед ним на корточки. «Цыган» стоял рядом, заложив большие пальцы рук за патронташ и равнодушно поглядывая на Фому. «Особист» обернулся к нему, спросил, глядя снизу вверх:

— А кто его не знает! — спокойно ответил «Цыган». — Злодей — он и есть злодей. Не попался пока на горячем, верно, но все равно знаем про него много.

— Не попался — не злодей, — возразил Фома.

— Не так, — покачал головой брат Иоанн, обернувшись к нему.