Ветер над островами

А уже хочется… Хотя при этом понимаю, что вот не было бабе забот, так купила порося. Мне, с моим судовладельческим «опытом», еще с этой яхтой не раз небо с овчинку покажется. Ну да и ладно.

— Давай, дотащить помогу, — предложил Василь.

— Нет, это не надо, — отказался я. — Тут рукой подать, вон через два причала «Чайка» стоит.

— Тогда на коляске заеду! — решительно предложил он. — Не против?

— Да что мне против-то быть? — даже удивился я. — Заезжай, как человек покатаюсь.

На том и расстались. И я похромал по набережной, таща за плечом свой ранец и винтовку, попутно перехватывая любопытные взгляды. С «Чайки» меня заметили, Вера, Иван-моторист и мой помощник Федька встретили меня на половине пути, решительно отобрав все тяжелое.

— Ну как? — спросила Вера, заглядывая мне в глаза.

У остальных вид тоже был такой… словно плохого ждут. Ну да, они же еще не в курсе. Отряд пока маршем идет, лазарет в город прибыл первым, так что все в волнениях.

— Племени нет больше — отомстили за отца твоего, — сказал я Вере. — Хорошо отомстили, по-настоящему. Марьяна ранило, и Прокоп-плотник погиб.

— Вечная память, — произнесли все хором, сняв шляпы.

— А с тобой что? — спросил Иван.

— Змея укусила, вот, порезали теперь, — ответил я.

Потребовали подробностей — пришлось рассказать. Тут Иван оживился, остановил меня, схватив за плечо, развернул лицом к стоящей у причала «Лейле»:

— Видал? Узнаешь? Прихватили их где-то, со «Смелым» под конвоем сюда пришла. Как, а?

— Радуешься? — спросил я его.

— Отлились кошке мышкины слезки, — засмеялся Иван. — Вилась веревочка, да конец пришел.

— Это ты еще всего не знаешь, — преисполняясь гордости от своего великого подвига, заявил я, хотел было похвастаться, но потом спохватился, подождать решил — а вдруг передумают и не отдадут? А я уже наболтал… нехорошо получится.

На судне уже все окружили, посыпались вопросы. Как-то отболтался, ответил наскоро, уковылял вниз, где привел себя в порядок, переоделся, морщась и шипя от боли в изрезанной ноге, потом похромал на палубу и оттуда обратно на причал.

— Ты куда? — подхватилась Вера. — Давай я с тобой, а?

— Да я к инквизиторам вашим иду, — усмехнулся я.

— К кому? — не поняла она.

— К брату Иоанну, что из особого отдела церковной канцелярии, — пояснил я.

— И что, мне нельзя?

Я подумал и решил, что Вера точно не помешает. Во-первых, даже соскучился по ней, а во-вторых… а пусть будет рядом. И ей полезно, и мне поможет, случись чего. Так и пошли вдвоем. Прямо на пирсе столкнулись с торговцем орехами, который толкал перед собой тележку под зонтиком, и купили у него два кулька лесных, убрав их Вере в сумку. Василь ждал меня на двуколке, запряженной коренастой серой кобылкой, у самого въезда на пирс.