ВоенТур

На этот раз на дороге нам попалались разбитая колонна с 85-мм зенитками 52-К, они попали под бомбежку на марше как и ранее колонна БТ, а 85-мм зенитка не то орудие, которое можно моментально изготовить к бою, да и против худых (Ме-109) или «штук» (Ю-87) они не катят если только случайно попасть, тут малокалиберные 20–37 мм зенитки или крупнокалиберные пулеметы нужны, вот их и раскатали прямо на марше. Сами зенитки были уничтожены, но главное мы нашли снаряды к ним, которые и подошли к Т-44.

Мы из разбитых машин быстро перегрузили снаряды в грузовик из танковой колонны, не забыв пополнить боекомплект в самом танке, заодно погрузив еще несколько ящиков с бронебойными снарядами сзади прямо на броню танка. Там бронебойные снаряды нам не опасны, так как даже если в них и попадут, то болванки они и есть болванки и кроме пороховых зарядов ничего взрывоопасного в бронебойных снарядах нет, а броню они повредить нам не смогут. Вот теперь мы были во всеоружии и готовы к полноценному бою, а учитывая, что наша сорокчетверка на данный момент превосходила все существующие сейчас немецкие танки, то мы могли показать немцам еще ту мать Кузьмы.

В этой колонне, на удивление не было трупов. Следов крови было много, а вот погибших нет. Я даже приказал осмотреть местность вокруг, но свежих могил не было. Значит забрали с собой. А еще это значило что будет меньше без вести пропавших.

И опять дорога. Раньше я поездил достаточно много, и по стране, и за рубежом. Много и всяких видел путей-дорожек. Но эта очень сильно отличалась от всех передыдущих — она была фронтовая!

Не доходя примерно с километр до гребня небольшой высотки, идущий впереди дозор вшел на связь: — У самой опушки леса стоит машина, людей нет.

— Чья машина, определить можете?

— Сейчас в бинокль гляну, вроде наша.

— Момент... Точно наша!

В бинокль мне было отлично видно, что когда бардак подъехал к машине, то с него споро спрыгнула пара бойцов, каждый с ППД в руках. Стволы пулеметов медленно поворачивались вместе с башней туда-сюда, контролируя обстановку. Ребята осторожно приблизились к машине и увидели в кабине еще живого водителя, который был без сознания и только тихо постанывал, а его грудь была вся в крови. Его осторожно вытащили из кабины и стали перевязывать. Другие уже споро шуровали в кузове.

Приблизительно через минуту мне поступил доклад от дозора, что в машине находится раненый.

— «Бэта», «Бэта», я «Альфа» груз есть?

— «Альфа», груз есть, ящики, сейчас уточню.

У меня вдруг резко пересохло во рту. За всю предыдущую жизнь я уже научился определять, что это, как не покажется кому-то странным — к добру. И точно через минуту «Бэта» доложил что в кузове машины, двухтонке ГАЗ-ААА, снаряды семьдесят шестого и сто пятьдесят второго калибра.