ВоенТур

Сто снарядов 76 мм и двадцать снарядов калибра 152 вместе с выстрелом, все осколочно-фугасные, а в самой кабине карабин водителя. Слава Богу, теперь идля самоходки полный боекомплект есть! Ну ипервым карабином разжились. Он нам точно лишним не будет! Семидясяти шести миллиметровые снаряды тоже не пропадут, а пока мы их подальше положим — поближе возьмем. Машину разгружать не стали. Чтобы не задерживаться лишнее время на открытой местности было принято решение раненого перенести в автоперевязочную к врачу, а машину со снарядами по-быстрому взять на жесткую сцепку и всей колонной спрятаться в лесу для перегрузки снарядов и оказания медпомощи раненому.

Но тут недалеко в овражке началось какое то шевеление, и тут же в эту сторону повернулась башня БРДМа. Мгновенно, туда осторожно двинулось четыре человека с автоматами наперевес.

— Эй, кто там?! А ну выходи по хорошему, а то сейчас из орудия жахнем!

Из зарослей не очень густого кустарника вышел командир в слегка потрепанной форме, и когда он приблизился, то стали видны его знаки различия на петлицах, лейтенант артиллерист. Его быстро разоружили на всякий случай, забрав пистолет и засунув под охраной в один из жилых кунгов. Раненого уже перенесли в медицинский ГАЗ-66, грузовик взяли на буксир и колонна снова тронулась в путь.

Медицинский ГАЗ-66 переваливаясь и несколько раз даже подпрыгнув на неровностях дороги быстро приближался к лесу, в котором уже скрылся «бардак» головного дозора. Из всех сил, оставляя за собой черный, жирный шлейф не полностью сгоревшей солярки ехал КАМАЗ, таща за собой на жесткой сцепке трехтонку со снарядами, а к ней уже прицепили прицеп, организовав своеобразный автопоезд. Расставив технику под самыми густыми деревьями и замаскировав торчащие углы машин, объявил привал. Док открыв дверь своего КУНГА, высунул голову и найдя меня взглядом безапелляционно заявил: — Мне нужен час, иначе мы его потеряем!

— А где этот связанный? Мне надо узнать сколько времени прошло со времени ранения!

— Хорошая подача! — Неожиданно услышал я голос Нечаева.

Обернувшись, только успел увидеть, как он быстро скрылся за кабиной КАМАЗа. Через минуту он уже появился со связанным командиром, ловко распутал ему ноги и решительно повел к АПешке.

— Говори, когда твоего товарища ранили, доктор спрашивает, сколько времени прошло?

— Черт его знает, час наверное, а может и больше.

— Не путаешь, у него легкое пробито, он столько прожить не мог!

— Легкое ему пробили при втором налете, он из-за ключицы не смог из кабины выскочить. — Одновременно с ответом, военный внимательно осматривал внутренности кузова. Внутри на операционном столе, полусидя был размещен его водитель, уже со споротой гимнастеркой и наложенным пластырем на груди.