Возлюбленная герцога

Он поймет, что она имела в виду…

– Как моя леди пожелает.

Ее пальцы запутались у него в волосах, она притянула его ближе, прижала к открытому, ноющему своему средоточию, пользуясь им, пока он пробовал ее снова и снова, потерявшись в ней. Он лизал, и сосал, и гладил языком и пальцами до тех пор, пока она не начала подаваться к нему, дыхание ее все учащалось и учащалось, бедра поймали ритм, который даст ей облегчение.

– Да, – прорычал он в нее, когда она стиснула кулак, сильно дернув его за волосы. – Покажи мне.

И она показала, получая удовольствие без капли стыда.

Зная, что он свое тоже получил. Зная, что эта ночь будет всем, что они когда-нибудь друг от друга получат.

Зная, что это ошибка.

Его язык отыскал волшебное местечко, и она закричала. Он понял все, что требовалось. Теперь он трудился над этим местечком, обводил его грубыми, ритмичными кругами, все снова и снова, а она направляла его, подаваясь ему навстречу в стремлении обрести наслаждение.

Он отодвинулся, чтобы посмотреть на нее, устремил пылкий взгляд на ее грудь, едва прикрытую разорванным лифом. Она с досадой застонала, качнулась к нему бедрами, и он вознаградил это ее движение, медленно, восхитительно пососав там, где она этого хотела.

– Ты королева, – прошептал он.

Она закрыла глаза, услышав эти слова. Заключенное в них невозможное обещание.

– Сегодня ночью я твой трон.

Это ее потрясло, желание вспыхнуло снова. Она распахнула глаза и наткнулась на его взгляд. Он спросил:

Это, вот что ей нужно.

Он, вот что ей нужно.

Только сегодня ночью.

Может быть, этого будет достаточно.

Она крепче стиснула его волосы и прижалась к нему, восхищаясь тем, как он закрывает глаза от удовольствия, наслаждаясь тем, как он ласкает ее там…

– Это, – шепнула она.

 – Мне нужно это. – Он что-то прорычал, и тело ее восхитительно затрепетало в ответ. – Это, – повторила она. – Мне нужен…

Каким-то чудом она удержалась и не произнесла этого вслух.

И все же ей показалось, что он это услышал.

Он застонал, язык его заработал еще решительнее, кругами, прижимаясь все плотнее и тверже, пока не добрался до местечка, где она отчаянно его хотела, и она приподнялась на цыпочки, сотрясаясь от наслаждения.

Она просто рассыпалась на части, вцепившись ему в волосы, шепча слова такие же безумные, как и звуки, что издавал он, греховные по самой своей сути. Он стоял на коленях, прижавшись к ней, нежный и жесткий, дожидаясь, когда она длинно выдохнет и отпустит его волосы.

Он подхватил ее, когда она пошатнулась, вскочил на ноги, устроился у нее между ног, одной рукой придерживая коленку, а другой погладил ее по щеке, притянул к себе и крепко, неторопливо поцеловал.