Возлюбленная герцога

Щеки выбриты, не запали. Тело здоровее – и разум тоже.

Он был готов к этому, крупнейшему сражению в его жизни.

– Говорил же тебе, – пробурчал Зверь от двери.

– М-м-м, – задумчиво протянул Дьявол.

Зверь буркнул что-то в ответ.

Вспыхнуло раздражение.

– Вы двое явились сюда, чтобы побеседовать без моего участия или…

Эван застыл, услышав вопрос, и по телу пробежало возбуждение. Она им не сказала. Они не знают, что она нацепила маску и пришла на бал. Они не знают, что она танцевала в его объятиях. Не знают про сад. Про беседку.

А это значит, что она решила сохранить все в тайне.

Он сидел, стараясь не выдать своих мыслей, широко раскинув руки по спинке кресла, стоявшего лицом к Дьяволу, который сидел напротив. Сделал глоток виски, неторопливо, уверенно. И соврал:

Зверь прорычал что-то невнятное.

Дьявол внимательно смотрел на него, постукивая этой инфернальной тростью; словно вода капала на камень.

– Я ее не видел, – проговорил он, стараясь не обращать внимания на то, что эти слова вызывают в воображении все те образы, в каких она перед ним предстала – то, как ее губы изгибаются в улыбке, предназначенной только ему; то, как ее голос словно омывает его после стольких лет; нежную кожу ее грудей в своих руках; ее бедра, сжимающиеся вокруг него; ее вкус.

– Ты хочешь нам сказать, что вернулся не ради нее? – спросил Дьявол.

Эван не ответил. Не мог. Голос ему не повиновался.

Разумеется, он вернулся ради нее. Он всегда будет возвращаться ради нее.

Снова ворчание в тишине.

Он метнул взгляд на дверь.

– Что, у тебя сложности с речью? Слишком часто били по голове?

– Думаю, тебе лучше не подбрасывать ему мысли насчет ударов по голове, герцог, – посоветовал Дьявол.

Эван прищурился, глядя на Зверя.

– В прошлый раз у тебя не очень хорошо получилось.

– Ты гребаный ублюдок, – рыкнул Зверь, отрываясь от дверного косяка. – Ты чуть не убил мою жену. На этот раз я не придержу удар.

Эван едва не вздрогнул. Он не собирался намеренно причинить вред леди, она просто оказалась в доках, когда идиот, которому он заплатил, чтобы наказать братьев, уничтожил принадлежащий им груз. Его Бесперчаточники перевозили под покровом ночи. Бесперчаточники в Лондоне проводили множество деловых операций, одни открыто, другие тайно, но основной доход получали от контрабанды, и Эван нацелился именно на этот бизнес, зная, что его истребление приведет к их краху.

– Не она была моей целью.

– Конечно, нет. Мы, – произнес Дьявол со своей стороны стола.

Эван повернулся к нему.

– Я должен был вам отплатить.

Они сказали ему, что Грейс умерла, и это его уничтожило. Превратило в неуправляемого безумца. Наполнило гневом и жаждой мщения. И он был готов на все, лишь бы погубить этих негодяев.

Но она оказалась жива.