Зачем цветет лори

Конечно, ничего конкретного она так и не узнала, но приметливый бабский взгляд заметил и тот беспорядок, что был в комнате девушки, и ее разорванную сорочку, и движения брюнета, который постоянно словно закрывал красавицу от посторонних глаз и смотрел на нее, смотрел… И от того, что видела Дорея в зеленых глазах, ей стало страшно. И жарко. За бесстрастностью Сумеречного таился зверь, наблюдающий за своей добычей. Выжидающий хищник, готовый наброситься и разорвать.

Так что хозяйка сильно обрадовалась, провожая незваных гостей. И, несмотря на щедрую плату, искренне понадеялась, что в ее жизни таких постояльцев больше не будет.

Оникс сидела на лошади, укутанная в плащ аида. Тело отдохнуло или привыкло и уже легче переносило скачку. Тем более что псы не торопились, не гнали лошадей, а ехали спокойной рысью. Она привычно спрятала лицо под капюшоном и разглядывала окрестности из глубины ткани. На своих спутников девушка не смотрела вовсе, те тоже ее по большей части игнорировали. Оникс подумала, что будет, если она ударит пятками по бокам лошади и попытается сбежать, вырваться? И тут же отбросила эту мысль.

Даже если не брать в расчет аркан, она слишком плохая наездница, чтобы удалось оторваться от четверых опытных всадников. Самый вероятный исход такого поступка — это то, что она свалится под копыта лошади и свернет себе шею.

Но умирать Оникс не хотела. Несмотря ни на что, она страстно желала жить. Хотела сбежать, обмануть, скрыться, но жить! Жажда жизни в юном теле раяны перевешивала страх и отчаяние. И Оникс сжимала зубы, моля Небесных Заступников, чтобы подарили ей шанс на спасение!

Но пока Заступники не торопились к девушке на помощь.

И ей оставалось только трястись на лошади и осматривать окрестности. Впрочем, особо осматривать было нечего. Они ехали вдоль реки, от которой тянуло затхлой сыростью. Шелестели по берегу камыши. Порой вылетала из зарослей утка, и Оникс провожала взглядом ее полет. Хорошо быть птицей, взлетать над рекой, расправив крылья… Арбалетный болт просвистел в воздухе, и тушка сбитой утки упала перед лошадьми.

Оникс обернулась на аида, опускающего арбалет. Порой ей казалось, что он читает ее мысли и насмехается над ними.

Молчаливый Ар на ходу подобрал тушку, даже не замедлив движения своей лошади.

Через час остановились на привал в светлом подлеске, в изгибе реки. Оникс слезла с лошади и пошла в сторону, желая размять ноги и тело. И каждое мгновение ожидая приближения аида, но странно, он за ней не пошел. Даже, кажется, не посмотрел ей вслед. Девушка шла, не оборачиваясь. Вот уже путники скрылись из виду за стволами деревьев и кустарником, а впереди маячит водная гладь, манит…

Еще несколько шагов… Дыхание остановилось.