Зачем цветет лори

Натренированное зрение и слух считывали помещение и окружающих людей, легко проникали в души, рассматривали множество вариантов возможных событий и выбирали наиболее вероятные. Его глаза видели подвыпивших мужиков — лесорубов и сразу выносили вердикт: глупы, сильны, не опасны. Тонкую фигуру наемника, маскирующуюся под горожанина: опасен, но не для аида. Богатеев из столицы: могут узнать.

За мгновение все, кто находился на первом этаже гостиного дома, были оценены и разложены по полочкам в сознании мужчины. И все это происходило машинально, по привычке, не задумываясь.

Он придержал Оникс за руку.

— Не снимай капюшон, — приказал Лавьер.

Псы уже сидели за столом, хотя не ели, ждали Лавьера. Гахар сидел, опустив голову, и при их появлении, кажется, еще больше напрягся.

— Гахар, тебя что-то беспокоит? — спокойно спросил аид. В его голосе не проскользнуло ни одно чувство, но зеленые глаза смотрели на блондина в упор, не мигая, и Гахар сглотнул под этим взглядом.

— Нет, Верховный… Все… в порядке. Плохо спал.

Лавьер насмешливо приподнял бровь и одним движением прижал Оникс к себе. Провел рукой по ее спине.

— Кошмары мучили, Гахар? — усмехнулся он.

Блондин сверкнул серыми глазами, но промолчал. Власть аида была неоспорима, как и его сила. Гахар опустил глаза.

Ран Лавьер поманил трактирщика, заказал еду для себя и Оникс.

— На несколько дней остаемся в городе, — буднично сказал он, и псы кивнули. Задавать вопросов аиду никто не стал.

После завтрака Лавьер потянул девушку к лестнице.

— Пойдем наверх, тебе лучше полежать. А завтра мы погуляем по городу, Оникс.

Помимо воли девушка затормозила, уперлась. Одна мысль о том, что они снова вернутся в эту комнату… повергала ее в ужас.

— Можно погулять… сейчас? — почти умоляюще спросила она. Мужчина смотрел ей в глаза, раздумывая.

— Ты уверена? Мне кажется, тебе лучше отдохнуть.

Оникс представила, как она будет отдыхать… Конечно, в его компании. И отрицательно покачала головой.

— Хорошо. Пойдем, — согласился аид.

И крепко взял ее за руку. Через плечо бросил приказ псам, чтобы оставались в гостином доме, и повел Оникс к выходу.

Утро было прохладным, хоть и сухим, городок только просыпался, гулко аукал голосами разносчиков, шелестел проезжими экипажами.

Аид держал девушку за руку, сняв перчатки. Ее теплая ладонь наполняла его странным ощущением довольства, какой-то гармонией и полноценностью, глубинным осознанием, что всю жизнь ему не хватало вот этой вот ладошки в его руке.

Он усмехнулся, качнул головой. Власть лори, чары раяны. Он знал о них. И с привычной для аида решительностью боролся. Ран Лавьер никогда не проигрывал, а значит, и чары раяны он сможет победить. Сломает, согнет, раздавит, как делал всегда, не позволит завладеть собой.