Записки под партами

Охранник с неохотой убирает свою тетрадь в стол и открывает вторую часть дверей. Школьники тут же начинают протискиваться один за другим, пинаться, в целом, все как обычно бывает, когда людей в маленьком узком пространстве слишком много. Через пару минут мы оказываемся все в нужных классах. У меня первый — русский, у Игоря — литература, а у некоторых даже физкультура. Рассаживаемся по местам. Благо нам позволено сидеть так, как кому нравится. Я прохожу вглубь класса и кидаю старенький потертый рюкзак на последнюю парту возле открытого окна. Рядом обычно никто не сидит. По крайне мере, так было в прошлом году. Но в этом что-то сбилось в системе, не иначе. Напротив, за последней партой оказывается Антон Леваков. Это не парень, а ходячий монстр. Он считает себя Богом, а остальных просто ничтожеством. Удивительно, но девчонкам этот нарцисс нравится как раз по этой причине. Леваков коренастого телосложения. В меру подкачанный, в меру смазливый. Одевается всегда так, словно из журнала мод вышел. А еще любит гонять на своем мотоцикле. За что, кстати, не раз попадал в новостную рубрику в соцсетях. Единственный человек, к которому этот задиристый тип, кажется, относился иначе, был Даниил Матвеев. Но о нем мне совсем ничего не известно.

— Ну, привет, убогая, — откинул очередную шуточку Леваков в мой адрес. Делаю вид, что не слышу. Не хочется привлекать лишний раз к себе внимание.

— Тошь, я сяду с тобой, — ангельский голос Светки отвлекает Антона, за что я мысленно ей благодарна. Он в ответ расплывается в улыбке и даже любезно отодвигает ей стул.

— Ой, Светик, какой загар у тебя красивый, — одноклассницы усаживаются напротив их стола, и теперь все сливки общества прямо возле меня. Ну за что…

— Правда, нравится? — Мило верещит Самохина и улыбается, хлопая пышными ресницами. Стараюсь не слушать их разговор. И не потому, что завидую, а просто не хочу лишний раз напоминать о своем присутствии, мало ли заметят. Мне нравится быть невидимкой. Понравилось еще тогда, когда отец привел в наш дом новую женщину и ее дочек.

— Эй, убогая, — снова противный голос Левакова в мой адрес. Нервно сглатываю, пусть болтает, что хочет.

— А ты чего такая одетая? — к сливкам подсаживается Ленка Юрикова и, конечно, она не может пройти мимо меня.

— Боится, что ветром ей надует, — откидывает кто-то шуточку и все начинают ржать. Раньше мне было обидно, но потом как-то мимо ушей стала пропускать. Подумаешь, гадости говорят, ничего страшного.

— Ребята, — в классе появляется руссичка, а я мысленно считаю до десяти в надежде, что вот-вот все закончится. И все заканчивается. Народ рассаживается по местам, начинается урок. Рассматриваю задания в книге, которую успела забрать в библиотеке, и думаю о том, что надо бы решить вопрос с работой.