Зеркало сновидений

Неожиданно она обратила внимание на экипаж, который медленно ехал по улице, и сразу же вспомнила, что он тронулся с места, как только она вышла из особняка. На всякий случай Амалия сунула руку в сумочку, где держала оружие, но тут экипаж остановился, и в распахнувшуюся дверцу высунулась голова Сергея Васильевича Ломова.

— Садитесь, госпожа баронесса, — буркнул отставной майор. — Есть разговор.

Амалия считала себя человеком, мало привязанным к условностям, но в то же самое время у нее не было никакого желания поощрять то, что она считала невоспитанностью. Тон Ломова покоробил ее, и когда она села в экипаж, от всего облика баронессы Корф веяло таким ледяным холодом, что даже более толстокожий человек, чем Сергей Васильевич, сообразил бы, что допустил промашку.

Но Ломов не выносил, когда у него пытались вызвать чувство вины. Он сердито зыркнул на Амалию из-под насупленных бровей и в который раз подумал, что им будет непросто действовать сообща.

— Я уполномочен сообщить вам, сударыня, — заговорил он нарочито официальным тоном, — что наш корабль почти готов. Мы отплываем в течение трех дней.

Легенда — географические исследования… впрочем, вам она уже известна. Приказ подняться на борт может последовать в любую минуту, так что ваши вещи должны быть собраны. И вы должны находиться в условленном месте, — иными словами, дома, — а не самовольничать.

— Сразу же видно, Сергей Васильевич, что вы военный человек, — не удержалась Амалия.

— Зато вы уж точно из другого теста, — съязвил Ломов. Он был раздражен тем, что они еще не отплыли, а между ними уже начались разногласия, и не скрывал своего раздражения.

— Вы уверены, что стоит вам отдать приказ, и все, проблема решена.

Но…

— Разумеется, я буду отдавать приказы, — отрезал Сергей Васильевич. — Потому что, сударыня, если вы об этом забыли, меня назначили главным. Я всегда вас предупреждал и повторяю еще раз: нас ждет вовсе не легкая прогулка. Я видел ваш послужной список. Раньше вы действовали, если можно так выразиться, в оранжерейных условиях. Вы работали в приличных странах, где, даже если вас схватят, вы знаете свои права и почти всегда сумеете выкарабкаться.

— А теперь мне предстоит увидеть неприличную страну? — По части язвительности Амалия могла кому угодно дать сто очков вперед.

— Страну? Хм. — Ломов скривился. — Я, сударыня, человек простой и скажу вам так: есть государства, а есть географические огрызки. То есть они тоже называют себя государствами, и вроде бы там есть законы, власть и все такое прочее, но… огрызок ведь не скроешь. Законы только для виду, власть препаскудная, развития никакого. Государства, знаете ли, развиваются, а огрызки так и валяются огрызками, только место занимают.