Зеркало сновидений

Так или иначе, второй сон становится явью.

— А что насчет личности преступника, госпожа баронесса? Может быть, вы считаете, что надо обратить особое внимание на кого-то из тех, кто находился в доме в момент второго преступления?

— У меня есть одно соображение, но я вовсе не уверена, что оно верно, — отозвалась Амалия и вслед за тем рассказала Семилуцкому свою версию о том, что у Кирилла Степановича может быть побочный сын, который заинтересован в устранении своих сестер.

— Допустим, что первый сон позволил ему избавиться от Лизы, второй был претворен в реальность для отвода глаз, но тут последовал третий, после которого все начало рушиться.

Мало того, что Варвара Дмитриевна обо всем догадалась, — у Оленьки уже нет сил продолжать водить всех за нос, и вдобавок Коля Шанин очнулся и показал, что его столкнули с лестницы, стало быть, никакой мистики нет и в помине. И тут…

Амалия замолчала. Александр Панкратович терпеливо ждал.

— Понимаете, — заговорила баронесса Корф, — все должно было закончиться, но раз Варвара Дмитриевна пропала, значит, ничего не закончилось… значит…

— Сны все-таки сбываются, — заметил ее собеседник.

— Они сбываются, потому что им помогают сбыться, — твердо ответила Амалия. — Хотя людям вроде графини Хвостовой будет трудно это объяснить.

Тут Александр Панкратович принял такой задумчивый вид, что Амалия взглянула на него с подозрением.

— Видите ли, госпожа баронесса, — сказал следователь, тщательно подбирая слова, — Кирилл Степанович настроен против огласки того, что его дочь не видела никаких снов… и некоторые его поддержали… Они не хотели бы выставить в смешном свете… м-м… уважаемых людей, которые… Одним словом…

— Послушайте, — сказала Амалия, оправившись от изумления, — но так нельзя! Если преступник одержим идеей скрыть свое первое преступление — убийство Лизы, — он не остановится перед новым преступлением! Когда все вокруг верят в сны, которые сбываются…

— Кстати, странно, что Арсений Васильевич их видит в таком количестве, — проворчал Александр Панкратович.

 — Должно быть, у него нервы порядком расстроены. Признаюсь вам, сударыня, я поначалу предполагал, что он вообще все выдумывает. Однако после того, как я с ним побеседовал… одним словом, он не произвел на меня впечатления человека, который лжет.

— Не пытайтесь уклониться от темы, — сухо сказала Амалия. — Люди должны знать, что сны — уловка, которую использовал преступник. Иначе у него будет соблазн повторить преступление — ведь он уверен, что все спишут на судьбу, на мистику и не знаю что еще.

— Сударыня, если Варвара Дмитриевна уже мертва, никакая огласка ей не поможет. Кроме того, вы можете не беспокоиться: преступник от меня не уйдет.

— Да, — серьезно промолвил гость, поднимаясь с места.