Злобный рыцарь (СИ)

Я участвую в жизни этого мира. Иногда я вижу свою жену, она все еще жива, ей только пятьдесят. Я знаком с ее хранительницей, неплохая женщина. Надеюсь, Света проживет еще долго, я бы огорчился, если б с ней что-нибудь случилось. Хотя... тогда есть большая вероятность, что ее оставят работать в этом городе, и мы сможем, наконец, о многом поговорить, - Гриша усмехнулся. - Три года назад она снова вышла замуж, жаль, я не мог ее поздравить.

- Ты говоришь об этом так просто?! - изумился Костя.

- А как я должен об этом говорить, - Гриша снова кому-то помахал. - Мы дружно жили, но меня в ее жизни больше нет, и ее жизнь - теперь ее личное дело.

А у меня - свои дела. Она - флинт, а я хранитель - и не ее хранитель. Я ведь больше не имею на нее никаких прав и у меня нет к ней претензий. Осталось много хороших воспоминаний, и я благодарен ей за это. А у тебя осталась жена?

- Я бы сказал, что у меня осталось несколько жен. Точнее пять. Все бывшие...

- Ого! - заметил Гриша. - А хорошие воспоминания?

- Ну... три из них, особенно последняя, очень хорошо занимались сексом.

- Хм... - Гриша зачем-то оглянулся, потом несколько минут подождал продолжения, но Костя молчал.

- И все?

- У Гельки, похоже, был любовник, - зло бросил Денисов. - И она притащила его на мои похороны!

- Да... - Костя сжал пальцы в кулаки и посмотрел на них с легким недоумением. - Странно.

- Разве, по логике вещей, мне бы сейчас не хотелось оторвать ей голову? Почему мне все равно? То есть, конечно, меня это бесит, но... меня вовсе не тянет действительно пойти и оторвать ей голову. Или ему... Почему так?

- Потому что она флинт. А ты - хранитель. Это же очевидно, - Гриша развел руками. - Все наши прежние чувства и переживания остались там же, где и наши тела.

И это хорошо. Я не представляю, как бы я смог работать, если б ощущал ненависть к какому-то флинту... или тоску... Да и не помню я уже толком, что это. Бывает, что взгрустнется, когда видишь кого-то или вспоминаешь... но это быстро проходит... А так есть только твой собственный флинт, и за ним нужно приглядывать.

- Хм, - сказал Костя, - что-то я совсем запутался. А если что-то случится, и тебя приставят к кому-нибудь другому - ты огорчишься?

- Не знаю. Думаю, да. Я привык к своему флинту, - Гриша глянул на Влада, который зевал так широко, что рисковал вывихнуть себе челюсть.

- И ты бы бросился ради него под колеса?

- Ну... если б не было другого выхода. Всякие бывают ситуации. Кость, - Гриша похлопал его по плечу, - я понимаю, что пока тебе это все кажется странным, но ты привыкнешь. Вначале уяснишь, что без твоего флинта тебя может не стать. А потом и привяжешься к нему, когда узнаешь получше. Конечно, проще, если б он был родственником или близким человеком, но это в большинстве случаев привилегия тех, кто может выбирать.