\

Покинув горящий замок, два попаданца, не сговариваясь, снова зашагали по дороге. Им просто нужно было куда-то идти, что-то делать, чтобы не увязнуть в самоистязании. А пустая зимняя дорога, освещаемся звёздами и луной, была самым лучшим средством, чтобы немного развеяться.

Путники шли по ней всю ночь, совсем ничего не говоря друг другу. Лишь утром они остановились возле небольшой рощицы и развели костерок, чтобы согреться. У огня эти двое сидели в том же молчании, вглядываясь в танцующее пламя.

— Они заслужили это, — первым не выдержал Валера, — все. Даже этот Бронгольд! Особенно он!

— Да, — кивнул Чизман, глядя сквозь огонь куда-то в пустоту, — заслужили.

— Да любой бы на нашем месте сделал бы то же самое!

— Сделал.

— Это торжество справедливости! — гневно воскликнул парень, погрозив кулаком кому-то невидимому.

— Торжество, — снова покорно кивнул его спутник.

Вокруг было тихо и спокойно. Тут ещё было раннее утро, поэтому никаких прохожих не было видно. К тому же следов на снегу было мало, видимо тут редко кто ходил. Солнце поднималось вверх, по заснеженным полям ползла лёгкая дымка. Где-то вдалеке кричали вороны.

— Но мы… — снова начал Валера, — мы же правильно всё сделали, да?

Комаров поднял на него глаза и мрачно глянул. Так, что аж мурашки по коже.

— Откуда я знаю? — ответил он и сплюнул в сторону, — кто вообще знает, что правильно, а что нет? Где добро, а где зло? Где та грань, которую лучше не переходить? Даже в нашем мире над этим голову ломают, а тут, — Чизман тяжело вздохнул и уставился в небо, задрав голову.

— В нашем мире законы есть, — буркнул Валера.

— Да?! А тут что, нету? — злобно бросил его спутник, — думаю, что по ним нам надо было идти к Великому Конунгу и сообщить ему о случившемся.

— Ага, — парень сердито закивал головой, — и тот бы сказал — правь дальше, только заплати в казну и всё!

— Нет, — усмехнулся Чизман, — он бы вообще не поверил двум южанам, как они нас презрительно называют.

— Значит, мы поступили правильно!

— Ну, считай так дальше, чего у меня спрашиваешь? — фыркнул на него Комаров, — но, если хочешь, чтобы я сказал тебе что-то вроде «да, всё круто! Мы на эмоциях убили кучу людей и поступили правильно», то этого не будет.

— А что, неправильно? Эти сволочи…

— Сволочи? — тот уставился на него, — а ты уверен в этом? Вдруг Сигурд тоже готовил нечто подобное, а?! Или может, был настоящим чудовищем для своих подданных? Мы не знаем всё правды, но даже это сейчас не самое главное…

— А что главное? — Валера поднял на него глаза.

— То, что мы серьёзно подставились, поддавшись эмоциям, — хмуро заявил его спутник, — два местных правителя и их верные воины мертвы. А о том, что там случилось, знаем только мы.