Адвокатская этика (СИ)

— Понял, - сказал я и отвалил.

Ольга выдохнула, проморгалась и, нацепив на лицо фальшивую улыбку, сообщила:

— Я готова. Едем гулять?

Я подыграл ей. Улыбнулся одними губами, только глаза выдавали моё смятение. Забрал у Ольги небольшую дорожную сумку, протянул руку и, изображая веселье, сказал:

Погода стояла отличная, уже вовсю расцветала весна. Апрель выдался тёплым, солнечным, сразу захотелось мороженного.

Я чувствовал себя студентом, прогуливаясь с девушкой по парку и уплетая пломбир.

БЫЛО В этом что-то наивное, светлое, чистое.

— Как же Парк Горького преобразился, - восхитился я.

— Давно тут не был? - спросила Ольга.

— Чем старше становлюсь, тем меньше желания куда-то выбираться.

— Чего? - ухмыльнулся я, глядя на неё.

— Тоже самое ты говорил и про ночной клуб.

— Я правду говорил, - разулыбался ещё сильнее. - Ольк, ты на меня положительно влияешь. С

тобой я выбираюсь из офиса и вылезаю из костюма.

Она остановилась, окинула взглядом мой вид и, взяв под руку, повела к Пушкинской набережной.

— Вылезай почаще. Так ты выглядишь менее суровым.

Я перехватил её ладонь, закинул ей на плечо, прижимая к себе. Чмокнул в макушку, вдыхая уже такой родной аромат её волос.

— сказал с наслаждением.

— Всё, Ольк. Всё у нас хорошо.

Мы шли по набережной, держась за руки, как влюблённые подростки. Не моё это амплуа, непривычно как-то, но чертовски приятно. Мне всё время хотелось её касаться: пропускать волосы сквозь пальцы, приобнять за талию, трогать спину, плечи. Эта женщина — настоящий магнит. На редкость сильная, на редкость смелая, на редкость притягательная.

Редкая. Я взглянул ей в глаза.

Я улыбнулся в ответ. И замер. Переплёл свои пальцы с Олиными, продолжал любоваться, пока не услышал:

— Подснежники! Покупайте подснежники!

Совсем юный малец, от силы лет тринадцать, проходил мимо отдыхающих в парке ипродавал первые весенние цветы.

Ему бы вставить по пятое число за незаконную торговлю, но сегодня я не был юристом.

Сегодня я обычный мужчина, проводил время с женщиной, от которой был без ума.

— Погоди, - шепнул Ольге и хитро подмигнул.

Рванул к пацанёнку, опережая любопытные взгляды, обращённые на бело-голубые цветы в корзинке.

— Почём цветочки? - задал вопрос, когда добежал.

Мальчонка прищурил один глаз, всматриваясь в меня.

— С вас, дяденька, пять тысяч.

Чего?! Вот это сканер... И как он определил, что я платёжеспособный?

Или он определил, что я по уши влюблённый?

И та, и та категория, как правило, щедра на подарки.

— Ну ты... коммерсант малолетний!

— Пять тыщ за корзинку! - уточнил мальчик.

— Где нарвал? - спросил я строго и потянулся за кошельком.

— Нигде. На балконе вырастил, - лукаво ответил малец.

— Врёшь, как дышишь, - цокнул я языком. - Они хоть не краснокнижные?

— Дяденька! Вы - балбес.