Держи врага ближе

Я злилась на собственное тело, которое так легко меня предавало, и, собрав остатки сил, вырвала запястья из его захвата и обеими руками пихнула Эштона в грудь, создав, между нами расстояние и заставив с неловким чмокающим звуком прервать поцелуй.

Жадно глотаю воздух и взрываюсь возмущениями:

- Пха... П-прекрати, дурак! Т-ты что творишь, так внезапно!

- Значит, если не внезапно, то можно? – хрипло спрашивает томным голосом Эш.

Посылаю полковнику Эйджу острый взгляд, но тот вовсе не выглядит виноватым, наоборот, на его идеально красивом лице сияет улыбка.

Даже намёка на угрызения совести не было видно. Вместо того, чтобы сожалеть, он снова начал наклоняться к моему лицу.

Думал, я позволю? Отвернулась и смогла кое-как избежать поцелуя. Сделала вид, что не замечаю его явного разочарования.

Выгляжу ужасно, пахну тоже неважно, снаружи идет ожесточенная битва, в желудке шаром покати, мы почти два года не виделись и расстались на ужасной ноте…может, Эш головой где-то успел приложиться? Ку-ку, он меня должен на дух не переносить!

Где темница? Где яд?

Что еще за поцелуйчики?

Мягкое прикосновение к шее ниже уха застает врасплох.

Меня поцеловали в шею. Так обрадовалась, что смогла избежать соприкосновения губ, что не заметила угрозы. Да что же такое!

«Больше не сбежишь».

Что Эштон имел в виду?

Для такого положения дел должна быть причина. Однако, разве я давала повод или показывала внешне, что…Нет, я цели соблазнить или совратить главного героя не преследовала совершенно!

Ну…да, украла его первый(?) поцелуй два года назад, было дело…И слухам потворствовала, что мы вроде парочка…Проводила много времени с ним наедине.

Пихаю Эштона руками в грудь. Каменный торс едва поддается сопротивлению. Скорее он из жалости повинуется, нежели действительно мои усилия оказались не напрасными.

Так подумать, я посылала множество сигналов, которые легко трактовать неверно. Стоило вспомнить, как захотелось схватиться за голову, я сама понимала, каких ошибок наделала.

После моих потуг оттолкнуть Эйджа, сдвинулся прочь полковник на несчастных полшажочка. Большая рука тыльной стороной ладони осторожно коснулась моей щеки.

В животе затрепетала стая бабочек.

Чувство голода пропало, по венам разлилось тепло будто от крепкого вина. Происходящая сцена до боли напоминает мне воссоединение спустя года разлученных возлюбленных из оперы, на которую мы любили ходить с дедушкой в детстве.

Очередное прикосновение без предупреждения вызывает во мне множество чувств. Но самое преобладающее из них, которому я не нахожу названия, заставляет отпрянуть и сделать шаг назад, увеличивая между нами расстояние.

Из-за того, что я отшатнулась Эш опустил руки, повисшие в воздухе.