Эпидемия

Чернов держал пистолет в дрожащей руке, думая о том, что ему мешает выстрелить в Карлова. Тот, не отрываясь, смотрел ему в глаза, и Чернов видел, что Карлов прекрасно понимает, о чем он думает.

Это продолжалось почти минуту. Затем уголки рта Карлова дрогнули, губы сложились в некое подобие улыбки.

— Нам пора, Юрий Геннадьевич.

— Я… позвоню жене? — просительно сказал Чернов.

— Ваша жена — очень достойная женщина, — медленно, почти по слогам, сказал Карлов. — Зачем дарить ей такое тяжелое воспоминание? На всю оставшуюся жизнь?

— Вы правы… — согласился Чернов.

— Это — мужское дело. Я помогу вам. Смотрите мне в глаза и делайте то, что я говорю.

— Да-да-да… — Чернов судорожно закивал, как китайский болванчик, и поднес пистолет к виску.

— Не так, — поправил его Карлов. — В рот.

— Да, — Чернов послушно открыл рот и сунул в него ствол.

— Смотрите мне в глаза, Юрий Геннадьевич!

Чернов, как загипнотизированный, уставился в холодные стальные глаза Карлова.

— Медленно… Нажимайте на спуск. Медленно…

В наступившей тишине послышался легкий щелчок. Спуск полностью выбрал свободный ход; еще одно движение, и раздастся выстрел.

— Все, — сказал Карлов. — Смотрите мне в глаза, Юрий Геннадьевич. Когда я моргну, просто сделайте движение пальцем. Одно короткое движение пальцем. Когда я моргну. Одно движение. Смотрите мне в глаза, Юрий Геннадьевич… — речь его звучала плавно, почти распевно, успокаивая и убаюкивая.

Чернов покраснел, лицо словно раздулось от натуги; капли пота, как расплавленный воск, катились по лбу и щекам.

— Одно короткое движение, — сказал Карлов.

Грянул выстрел. На стене позади кресла появились густые алые брызги.

Рука Чернова со стуком упала на стол. Глаза закатились; изо рта показалась струйка порохового дыма. Мертвое тело еще пару секунд сохраняло равновесие, затем обмякло и скорчилось в кресле.

Карлов, повинуясь неслышной команде, вытянулся по стойке «смирно»; он отдавал последнюю почесть человеку, который проявил характер и все-таки смог. Сам.

Затем он развернулся и вышел из кабинета.

Бледный, как бумага, референт открыл ключом дверь приемной.

— Слушайте внимательно, майор, — сказал ему Карлов. — Через пять минут вы услышите выстрел.

Референт кивнул и, едва Карлов вышел в коридор, без сил опустился на стул — ноги вдруг стали будто ватными. Он смотрел на большие электронные часы, торопя эти медлительные зеленые цифры.

Вернувшись к себе, Карлов первым делом снял трубку с телефонного аппарата без диска.

— Ваши опасения оказались не напрасны, — сказал он. — Генерал Чернов решил поставить точку. Я не успел ничего сделать.

Он выслушал ответ, положил трубку и повернулся к референту.

— Визуальный контакт установлен, — с трудом сдерживая волнение, сказал референт.