Эпидемия

— Это морг, — сказал Гарин и, увидев Аленин взгляд, поспешил добавить, — пожалуйста, потише. Не распугай его обитателей.

Он выглянул из-за угла здания и осмотрелся. На территории больницы было тихо. Вдалеке, через арку, он видел, как сновали взад-вперед машины «скорой».

— Он работает в шестом корпусе, — размышлял вслух Гарин. — Но в таком виде нас вряд ли туда пустят. Значит… Послушай, у тебя есть мобильный?

— Давай сюда. Я, наверное, последний человек в Москве, который до сих пор обходится без него.

Алена приподняла тонкий бежевый свитер и достала из чехла, висевшего на поясе джинсов, маленький плоский аппарат.

— Так. Дай Бог памяти… Нет, номер его мобильного я не вспомню. А городской… Сейчас. Набирай.

Гарин насчитал шесть длинных гудков, потом трубку на том конце провода сняли, и раздался знакомый голос, не изменившийся за те годы, что прошли с момента окончания института.

— Да! Вторая терапия!

— Алексей! Это я, Андрей! Мне нужна твоя помощь!

Волосы на голове Гарина поредели; у Алексея появился круглый животик, вставные зубы и вторая жена, но главное не изменилось: Гарин услышал именно тот ответ, на который рассчитывал.

— О чем ты говоришь! Конечно! — затем его голос погрустнел и, как показалось Гарину, стал напряженным. — Только… Знаешь, есть одна проблема. Я не могу уйти с работы. Не отпускают. Кстати, — Алексей словно вспомнил что-то, — ты же…

— Я здесь, рядом с моргом, — Гарин поправился. — Мы здесь. Нас двое. Ты можешь провести нас в корпус?

— Двое? — переспросил Алексей. — Не вопрос. Ждите, сейчас приду.

Через пять минут появился Алексей Козлов с полиэтиленовым пакетом в руке. В пакете лежали два белых халата.

Он церемонно поздоровался с Аленой и, поймав ее руку, томно поцеловал в запястье.

— Одобряю ваш выбор, — промурлыкал Алексей.

Гарин рассмеялся — несколько принужденно; традиционная шутка приятеля сейчас казалась ему совершенно несмешной. Какой, к черту, выбор? Разве у него вообще был выбор?

— Леш, пойдем к тебе. Нам нужно поговорить, — сказал он.

Гарин с Аленой надели халаты, и вся троица отправилась в шестой корпус.

Санитар патологоанатомического отделения второй инфекционной больницы взял в руки шланг и включил воду.

Кашинцев жестом остановил его.

Он взял зонд, маленькие пластиковые баночки и собрал в них кровь, скопившуюся в ротовой полости трупа. Затем обмотал зонд ватой и достал почерневшие сгустки из ушей. Потом он приподнял голову трупа и большими пальцами надавил на слезные мешки.

Из углов глаз Кудрявцева вытекло несколько кровавых капель. Жидкость увлажнила высохшие и поблекшие глаза, отчего они снова заблестели в ярком свете бестеневых ламп.

— Все это надо отправить в лабораторию, — распорядился он.