Эпидемия

 — Жуткой и бессмысленной! Все эти люди скоро умрут… Сколько им осталось? Сутки? Двенадцать часов? Шесть?» Куратор заметил его нарастающую панику и сильно хлопнул Кашинцева по спине. Игорь пришел в себя и с благодарностью посмотрел на Валерия Алексеевича.

Тот знаком показал: «Вперед!», и они двинулись по коридору, читая надписи на дверях. Наконец им попалась табличка: «Заведующий 4-м отделением Островский В. Н.»

Кашинцев пригляделся — дверь была открыта. Собственно, она и не закрывалась: замок был вырван «с мясом». Кашинцев замешкался на пороге, и куратор, оттеснив его в сторону, вошел первым.

— Ого! — не мог сдержать он удивленный возглас.

В комнате был настоящий погром. На полу — начавшая подсыхать лужа, среди темно-зеленых водорослей — блестки золотых рыбок, похожие на фантики от конфет. В луже валялся утюг, шнур от него тянулся к розетке.

Кашинцев подошел ближе. Утюг щелкнул, и загорелась контрольная лампочка; от его подошвы стал подниматься легкий парок.

Игорь нагнулся, вытащил вилку из розетки и поставил утюг вертикально. Валерий Алексеевич неожиданно коснулся его плеча.

— Что? — испуганно спросил вздрогнувший Кашинцев.

Куратор показал на аккуратные дырочки в двери. Снаружи они их не заметили, но изнутри круглые отверстия были видны особенно четко.

Куратор выставил сложенные указательный и средний пальцы правой руки и сделал вид, что целится, а потом поднес их к губам. Точнее, к стеклу скафандра. Кашинцев понял, что ему лучше молчать. Он согласно кивнул.

Валерий Алексеевич стал рыться в вещах, лежавших на столе. Его внимание привлекла толстая телефонная книжка в коричневом дерматиновом переплете. Руки, затянутые толстой резиной, с трудом перелистывали слипшиеся страницы. Ему потребовалась почти минута, чтобы открыть записи на букву «Г». С досадой покачав головой, он ткнул пальцем в строчку: Гарин. Далее следовал семизначный номер и в скобочках — «дом».

Игорь в ответ сделал удивленное лицо и развел руками: «Ну и что?»

— Мобильного нет, — пояснил куратор.

Он цепким («профессиональным» — отметил про себя Кашинцев) взглядом осмотрел кабинет и, видимо решив, что здесь им больше делать нечего, положил книжку на место и подтолкнул Игоря к выходу.

Кашинцев собрал пальцы в щепоть и сделал жест, будто что-то пишет. Куратор улыбнулся и коснулся стекла шлема.

«Ах, ну да! — сообразил Кашинцев. — Он все запомнил!»

Они вышли из ординаторской и вернулись на первый этаж.

Холл рядом с выходом на улицу был превращен в дезинфекционную. С потолка свисали полотнища толстого непрозрачного полиэтилена, разделяя помещение на множество отсеков.

Человек в защитном костюме, увидев их, включил портативный компрессор.