Грешная вдова

Привидение, которое он подвесил к потолочным балкам, весьма зловеще раскачивалось на тянувшем от двери сквозняке. Но самым пугающим были отнюдь не черные зияющие глазницы, вырезанные в старой простыне и смотревшие на него из ниши над каменной лестницей. Кровь — вот что производило наиболее жуткий эффект. Однако когда Закари готовил муляж этого привидения, ему не пришло в голову вымазать его кровью.

Всполохи пламени в заднем вестибюле становились все ярче. Приближение огня сопровождалось ужасным треском. Казалось, что по дому идет огромное чудище, пожирая все на своем пути. Она взяла окровавленный ключ и дрожащей рукой попыталась вставить его в замок двери спальни.

Сбоку блеснуло золото. Она повернула голову и увидела на полу, рядом с трупом, прогулочную трость Ренвика. Заставив себя сосредоточиться, она вновь стала тыкать в замочную скважину скользкий от крови ключ.

Он снова выпал из ее пальцев. Она уставилась на него, охваченная страхом и отчаянием. Ей во что бы то ни стало надо открыть эту проклятую дверь!

Краем глаза она увидела, как Ренвик пошевелил рукой, и оцепенела от ужаса. Вот его мертвые пальцы потянулись к ключу…

Как бывало всегда после этого страшного сна, Мэ-делин внезапно проснулась, вся в холодном поту, и не сразу поняла, где находится. Отбросив одеяло, она зажгла свечу и взглянула на часы. Четверть второго ночи. Значит, она спала целых два часа! Если так и дальше пойдет, то здесь, в доме Артемиса, она в конце концов получит столь необходимый ей отдых.

Однако сейчас не стоит даже и пытаться опять заснуть. Она хорошо знала, что до рассвета ей не сомкнуть глаз. Взгляд ее удал на маленькую книжку, Лежавшую на секретере, и она потянулась к своему халату, с некоторой досадой вспомнив о своем разговоре с Итоном Питни. Она показала ему эту книжку, смутно надеясь, что он поможет ей разобраться в странных текстах. Питни просмотрел книжку с большим интересом, но признался, что она его озадачила.

Впрочем, он сумел разогнать страхи, терзавшие ее в последние дни.

— Вас, конечно, удивит мой вопрос, сэр, — сказала она, — но вы специалист по языку, ванза, и я должна узнать ваше мнение. Как вы считаете, может ли эта маленькая книжка быть «Книгой секретов»? Той самой, которая, по слухам, была украдена и сгорела во время пожара несколько месяцев назад?

— Ни в коем случае! — ответил он с полным убеждением. — «Книга секретов», если она вообще когда-либо существовала, была написана исключительно на древнем языке Ванзагары, а не на странной смеси греческого языка и египетских иероглифов, как эта. К тому же говорят, это был внушительный фолиант.

Услышав мнение Питни, Мэделин почувствовала невероятное облегчение, хотя ответ удовлетворил ее не в полной мере.