Грешная вдова

— Это довольно странно, но тетя Бернис объяснила мне, что есть определенный тип мужчин, которых привлекают вдовые женщины. Такой мужчина, несомненно, полагает, что дама в моем положении имеет некоторый опыт и, таким образом, ему нет нужды беспокоиться об… э… об отсутствии этого самого опыта.

Артемис понимающе кивнул:

— Иными словами, ему не надо сдерживаться из благородного уважения к ее невинности.

— Вот именно. Как говорит тетя Бернис, вдова обладает определенным шармом.

— Я могу это понять: мужчине больше нравится иметь дело с опытной женщиной.

Она слегка покачала головой.

— Но слухи, которыми окружена смерть моего мужа, казалось бы, должны были оттолкнуть от меня джентльменов.

— Опыт — это, конечно, хорошо, но, признаюсь, мне непонятно, как может нравиться дама, которую считают убийцей собственного мужа.

— Вкусы нельзя объяснить.

Артемис не стал говорить про пари в клубах. Тысяча фунтов стерлингов, гарантированная тому, кто рискнет провести ночь с Грешной Вдовой, вполне объясняла букеты и приглашения, которые она получала. Но он боялся, что Мэделин это не очень понравится.

Она посмотрела на него с укоризной.

— Советую вам, сэр, прибегнуть к помощи вашего мастерства ванза, чтобы побороть желание завести со мной роман.

Он обхватил ее лицо ладонями.

— К сожалению, должен вам признаться, Мэделин, что, несмотря на звание магистра ванза, я, кажется, бессилен против этого желания.

Мэделин округлила глаза:

Она судорожно сглотнула.

— Это очень странно.

— Да, конечно. Но как вы постоянно мне напоминаете, странность — основополагающая черта джентльмена, изучающего ванза.

Артемис нагнул голову и накрыл ее губы своими, не дав ей больше сказать ни слова.

Мэделин была удивлена и растеряна, но не пыталась сопротивляться. Он обнял ее и крепко прижал к груди — гораздо крепче, чем во время вальса. Он почувствовал тепло ее тела и уткнулся твердой мужской плотью в мягкий изгиб ее бедра. Ее тонкий аромат вскружил ему голову.

Она тихо ахнула, и в следующий момент ее губы вдруг стали податливыми. Складки ее домино задели его сапоги.

Он скользнул руками под домино и обхватил ее как раз под лифом платья, почувствовав дразняще нежную тяжесть грудей. Его охватило яростное желание. Кровь быстро вскипала в жилах.

«Наверное, вдовы и впрямь обладают особым шармом», — подумал Артемис.

Он вновь припал к ее губам в жадном поцелуе. Она отвечала с явным воодушевлением, но как-то неуклюже. Артемис вспомнил, что она уже год как вдова и что ее замужество явно было несчастливым.

Его поразило то неистовое влечение, которое вдруг проснулось в его теле. Он прошел хорошую выучку в школе ванза и умел управлять своими эмоциями, в том числе и теми, что относились к женщинам.