Я не выйду за варвара (СИ)

Но ответа я не удостоилась. Видимо лимит слов для меня на сегодня исчерпан. Мы вернулись в банкетный зал и мой будущий супруг опять забыл обо мне. После ужина, уже находившись в постели, я решила убедиться в словах Джорджа. Воспользовавшись толстым одеялом и погашенным светом, за исключением тусклой свечи вдали комнаты, я попыталась просунуть руку под тугую повязку, которую мне только вот сменил лекарь.

Скажу сразу — сделать это было не просто, однако у меня все же получилось. Извернулась, как акробат в странствующем цирке, не меньше. И каково же было мое удивление, когда я обнаружила гладкую кожу на спине.

Без намека на раны.

Днем, увидев в зеркале «окровавленные» бинты я была уверенна, что на спине моей ужасное месиво, которое вряд ли заживет за пол дня даже от самой чудодейственной мази. И боль. Так вот почему я не чувствовала ее. Дло не в обезболивающих отварах. Витторио на самом деле не бил меня!

Тогда, что же это получается. Лекарь знает об этом и подыгрывает Витторио? Сколько еще человек знает правду, кроме лекаря и Витторио с Джорджем? По всей видимости никто, не считая горничных, что помогали лекарю.

 Ведь Витторио выгнал всех из кабинета, перед тем как «наказать» меня. Но все уверенны, что меня выпороли. Даже Маркус. Капитан так натурально волновался обо мне. Он слишком солдат, чтобы так хорошо играть беспокойство. Хотя даже сам факт того, что он обо мне беспокоился уже вызывает удивление.

Но ладно другие. Зачем скрывать это от меня? Почему мне сразу не сообщил лекарь? А сказал бы мне об этом Джордж, если бы я не отпрянула от него, намекнув на «раны»? И за чем Витторио завтра утром придет за мной? Последний вопрос интересовал меня особенно остро.

— Маркус. — шепнула я, стараясь не разбудить прикорнувших на диванчике двух горничных. Остальные вместе с фрейлинами спали в соседних комнатах моих покоев.

— Что случилось, Ваша Светлость? Болит спина? Позвать лекаря?

— Нет, все в порядке. Маркус, скажите, Вы знаете, зачем завтра придет Витторио?

— Спите, Ваша Светлость. — прозвучал вполне ожидаемый ответ и я, поняв, что ничего от него не добьюсь, попыталась уснуть. Не скажет он, если решил.

А утром меня разбудили ни свет ни заря и отвели в купель. Намазали маслами, высушили волосы у камина, уложив их замысловатую прическу. А потом посадили есть. Витторио, как всегда без стука, ворвался в мои покои ближе к концу завтрака. Ей Богу, я бы подавилась, если бы у меня в то утро был аппетит. А так, я всего лишь вывернула на себя чашку чая, что держала для виду в руках.

И очень зря. Потому что Он тут же кинулся ко мне, испугавшись, что я могла обжечься.

Глава 42.