Картина с кляксой

Мне было слышно, как участковый сначала ахнул, потом присвистнул, а потом сказал:

– Ну, ты, Федор Михалыч, прямо олигарх! Настрогал, однако… Труженик.

– Людям на пользу, – гордо ответил дед. – Старался.

– Завтра придешь в отделение. Оформим твою незаконную коммерческую деятельность.

Стяпанов запер и опечатал сарай. А Темин и след простыл! И я влип здорово: мало того, что Виталик здесь, рядом, так я еще его братом назвался. Да, тут уж без родной милиции, которая теперь полиция, не обойтись.

– А где этот шумный гражданин? – спросил меня участковый Стяпанов.

– Удрал! Федор Петрович, вы знаете, кто он?

– Точно знаешь? – Участковый насторожился. – Отец-то когда вернется?

– Завтра. Этот Фуфырь на разведку приезжал. Его машина у музея осталась. Может, успеем?

– Вот я тебе успею! Марш домой! Под домашний арест! – Стяпанов выскочил на улицу, перебежал ее к дому напротив, постучал в дверь:

– Колька! Твой драндулет на ходу? Выкатывай!

Не знаю, как вся местная полиция, а участковый здесь в авторитете. Выскочил Колька, выкатил из сарая старинный мотоцикл с коляской, с полоборота завел.

Стяпанов бросился в седло, с треском помчался по улице, оставляя за собой синий выхлоп и серую пыль. Колька смотрел ему вслед с восторгом, а я – с завистью. Колька пошел домой, а я побежал к музею.

Мог бы и не бегать. Все равно бы успел. Темина «Жучка» так и стояла на газоне возле поверженного ею щита – не завелась, значит, а Тема Фуфырь сидел в коляске мотоцикла и задумчиво разглядывал кольцо наручников на своей левой руке. Другое кольцо Стяпанов запер на ручке коляски.

И самое интересное – откуда-то вывернулся Алешка.

– Ты чего здесь? – спросил я, переведя дыхание.

Он пожал плечами, как задумчивый Саид:

– Стреляли… А ты чего?

Я тоже небрежно пожимаю плечами и киваю в сторону мотоцикла:

– Да вот, Фуфыря задержал.

Я думал, Алешка позавидует, а он обрадовался. Даже загордился, что у него такой отважный старший брат. И я рассказал ему все в подробностях.

Но это еще не все. И я так же небрежно бросаю:

– Вычислил, где скрывается рецидивист Виталик.

– Мухолов? – Алешка расплывается в улыбке. – Давно не виделись. Полчаса, наверное.

Я расстроился немного. Я не сомневался, что Алешка говорит правду. Он врет только ради истины и справедливости.

– Дим, нам нужно заманить его в ловушку. Она у меня почти готова. – Он деловито огляделся по сторонам. – А где дядя Стяпанов?

– В музее. Пошел звонить – у него мобильный сел. – Мобильники всегда садятся в самое неподходящее время. Но не в этот раз!

Алешка стал нашептывать мне в ухо. А потом сказал:

– Вот так пусть и напишет.

Напишет… Огрызок карандаша в Алешкиных карманах нашелся – там вообще можно найти все, что угодно. Кроме клочка бумаги.