Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

— Рома, ну что ты за человек! — почти орёт Чернов. — Знаешь, куда можешь послать своё желание?!

— Куда? — невинно интересуется его оппонент.

— На х…. — почти сорвался Стас, вовремя вспомнив, что рискует проиграть в очередной раз. — Рома! Я две недели Веру не видел, — почти стонет мой раздосадованный мужчина, из-за чего я заливаюсь краской.

— Давайте, мы это всё-таки обсуждать не будем! — влезаю я в разговор, пока Стасу вконец крышу не снесло. — Успокойся, мы и на диване поспим.

— Ой, да ладно, — махнул рукой Рома. — Тебе-то необязательно страдать. На Стасовой кровати места двоим хватит.

Еле сдерживаю Чернова от проливания братской крови. Таким образом, Роман с видом победителя удаляется в нашу со Стасом спальню. А вот второй несчастно шмыгает носом, почти даже по-детски.

— И вот как с ним жить можно, не знаешь? — риторически вопрошает он у меня. Лишь пожимаю плечами. Несмотря ни на что, я сегодня, кажется, лично вступила в ряды фанаток Романа Чернова.

Стас, недовольно пыхтя, разбирает нам диван, а я успеваю переодеться в шорты и футболку для сна. Хотя если честно, нынешнюю ночь планировала провести совсем в другом обличии. Но Стасу лучше об этом не знать, тот и так страдает не на шутку.

В качестве вишенки на торт Рома оставляет открытой дверь в спальню, мотивируя это тем, что ему душно.

— Переезжаем, завтра же, — бурчит Стас, после того как мы оба улеглись на диван, спрятавшись под одним одеялом.

— Какая разница куда. Главное подальше отсюда.

Я тихо усмехаюсь, успокаивающе проводя рукой по плечу Стаса. Вроде бы помогает, но потом он повторяет моё же движение, только вместо плеча моё бедро. Придвигается чуть ближе и кусает меня за мочку уха.

— А может… — шепчет он.

— Ты не умеешь тихо, — поддеваю я его.

— Верааа… — страдальчески воет Чернов.

На что тут же из соседней комнаты звучит Ромино:

— Тебе же сказали, что ты тихо не умеешь!

И в довершении всего хохот Дамира оглушает нашу ночную тишину.

Парни давно уснули, о чём свидетельствует мерное дыхание, так или иначе доносящееся со стороны спален.

А мы неудовлетворённые и раздражённые крутимся на своём вынужденном ложе, стараясь, лишний раз не касаться друг друга.

— Вер, — зовёт меня Стас.

— М? — тихо отзываюсь я.

— А что у тебя за обморок был?

Я честно рассказываю ему обо всём, что успела пережить за время его отсутствия. После всех сегодняшних слёз это оказывается на удивление просто.

— Надо к врачу, — выносит он свой вердикт.

— Не надо… Стас, это нервное было. Сейчас всё нормально.

— К врачу, — игнорирует он мою попытку сопротивления. А потом чуть мягче добавляет. — Ради меня. Чтобы я не переживал.

— Ты в курсе, что это шантаж называется?

— В курсе. Но к врачу всё равно надо.