Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

— Опоздаешь, — вымученно выдавил из себя улыбку Стас, убирая свои руки. Я коротко кивнула головой, вроде как соглашаясь. — Иди. Вечером дома погорим, хорошо?

Опять киваю, хватаясь слабо-гнущимися пальцами за дверь, впуская в салон холодный ветер.

— Позвони ей, — прошу я его, прежде чем выскользнуть из машины.

На пары не пошла, огибая здание корпуса, как в трансе добралась до общаги, и, отгораживаясь ото всего остального мира, провалилась в спасительный сон. Подо мной разверзалась чёрная бездна, а я всё падала и падала в неё, не в состоянии достичь дна.

Проснулась с чугунной головой. Кроля, к тому времени уже вернувшаяся с пар, сидела на своей кровати и с ни чем не прикрытым беспокойством поглядывала на меня.

— Поругались? — вернула она меня к моей удручающей реальности.

На самом деле я сильно утрировала, потому что в тот момент, мне казалось, что всё что могло случиться, уже случилось. Как же я ошибалась. Потому что всё что было сначала — это шок, растерянность, непонимание. А вот дальше, нам предстоял этап принятия решений, обернувшийся самым настоящим кошмаром.

Стас приехал поздно. Я уже давно успела вернуться домой, дважды выгулять собаку и трижды просто так сходить покурить. Они приехали вместе. Он и Дамир. Размер катастрофы я поняла по Бероеву, который, казалось, первый раз в жизни потерял самообладание. Печально глянув в мою сторону, попытался ободряюще улыбнуться мне, вышло плохо, поэтому он просто удалился в свою комнату, непривычно громко хлопнув дверью.

Мы остались вдвоём. И это было настолько тошнотворно, что у меня появилось неистовое желание выцарапать Дамира обратно из его укрытия. Потому что я уже знала, что услышанное мне не понравится.

Чернов максимально долго оттягивал необходимость говорить, сначала уйдя в душ, а за тем спрятавшись от меня на кухне с неудачными попытками сварить кофе. Судя по запаху гари, шипению раскалённого металла и мужским хриплым матам, кофе поддаваться никак не желал. Стас появился в спальне почти сразу же, после того как до меня долетели затихающие звуки летящей в мойку турки. Грохот стоял такой, что я даже задумалась над тем, а не расквасил ли он там раковину.

Я сидела на полу, упираясь спиной в кровать и обхватив руками колени. Стас какое-то время постоял в дверях, собираясь с духом, а потом рухнул рядом со мной. Сначала просто сидели, разглядывая потолок, и прислушиваясь к звукам города, которые доносились до нас из открытого окна.

— Я с Настей виделся, — предсказуемо, но от этого не менее неожиданно выпалил он.

Заторможено закивала головой, раскачиваясь взад-вперёд.

— Она аборт делать хочет, — не своим голосом говорит Стас, словно каждое из этих слов чуждо его пониманию.

— А почему дотянула до такого срока?

— Говорит, что не знала.