Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Рывком открываю свой шкафчик и невидящим взглядом утыкаюсь в свою одежду. Надо бы начать переодеваться, но руки как-то не слушаются.

— Знаешь, я, наверное, всегда буду любить Настю, — спокойно начинает он. — В благодарность за наше прошлое, за то, что было между нами, за нашего с ней ребёнка…

Он берёт краткую паузу, видимо ожидая от меня хоть какой-то реакции, но у меня её нет. Одна лишь тупая мысль о том, как же я устала. А ещё я спать хочу. Вот прямо сейчас.

Ах да, я стою, не шевелясь, и, не моргая, смотрю в глубину своего шкафчика. Наверное, выглядит жутко. Трясу головой, пытаясь хоть как-то выйти из транса.

— Скажи хоть что-нибудь?

— Поздравляю вас, это круто, — тараторю я, стягивая с себя футболку. Надо шевелиться, надо двигаться, чтобы совсем не выпасть из реальности.

— Что вы с Настей, видимо, пришли к согласию.

— Пришли, — соглашается со мной Стас, при этом жадно впиваясь в меня своим потемневшим взглядом. Меня так и подмывает усмехнуться, но пока что ещё не время.

— И на что тебе ради этого пришлось пойти? — зачем-то уточняю я, расстёгивая пуговицу своих рабочих джинсов.

— На сделку. С совестью. У нас с Настей был долгий и тяжёлый разговор. Мы с ней понаделали много ошибок. По большей части я. Но решать нам, так или иначе, придётся их вместе.

Я слегка наклоняюсь, начиная стягивать с себя штаны.

— А у вас другого выхода нет. Вы же теперь с ней родителями будете.

— Будем, — в очередной раз соглашается он со мной.

Я тоже не спорю, а что тут спорить то? Убираю снятую одежду в шкаф.

— Слушай, ты можешь перестать?! — вдруг требует он. За что тут же получает мой недовольный взгляд.

— Только после тебя.

— Что именно? — удивляется он.

— После того как ты перестанешь ломать свою комедию, я перестану паясничать.

Выпрямляюсь, упирая руки в бока, и с упрёком смотрю на него. Правда, тот факт, что стою я в одном нижнем белье, значительно уменьшает степень моей грозности, но ничего, взгляд должен всё компенсировать.

— Какую комедию? — запускает он свою пятерню в волосы и ерошит их.

— Такую. Слушай, ты действительно не можешь просто прийти и сказать? Что, мол, так и так, я поговорил с Настей, мы решили с ней всё что могли, теперь у нас будет ребёнок, за что я ей очень благодарен. А ты Вера, давай, резче одевайся и поехали уже домой. Потому что вижу, что ты устала, хочешь есть, спать и что-нибудь ещё. И, вообще, я люблю тебя, но я настолько наглая скотина, уверенная в себе, что мне до безумия нравится тебя провоцировать и смотреть, как ты страдаешь.

Чернов заливается смехом и, наконец-то, отходит от двери, в пару шагов преодолевая расстояние между нами.

— Ты говорил про прошлое, — пожимаю я плечами.