Коренной перелом
Я видел эту вакханалию огня, которую русские реактивные минометы, именуемые «катюшами», обрушили на немецкие окопы, позиции артиллерийских батарей, места сосредоточения техники и войск. Казалось, что само небо вспыхнуло и рухнуло на землю. От воя и скрежета закладывало уши. Не зря гунны называют эти грозные установки «сталинскими органами» и ужасно их боятся. И этот удар был нанесен по наводке русских высотных разведчиков, от взора которых не укроется ни одна пушка, ни одна машина, танк или самолет. С другой стороны, стоит в небе появиться хотя бы одному немецкому самолету, как тут же, откуда ни возьмись, появляются новейшие русские истребители с носами, выкрашенными в красный цвет, и гуннам приходится делать выбор перед бегством или боем без каких-либо шансов на победу.
Полковник Рендолл, глава нашей военной делегации, которую русские специально пригласили на фронт к началу немецкого наступления, как здесь говорят «для обмена опытом», сказал мне, что сейчас русские показали умение вести войну по тем правилам, которых раньше придерживались сами гунны. Это когда одна сторона настолько превосходит другую в техническом оснащении войск и организации боя, что вместо столкновения равных противников получается война белых людей с кровожадными дикарями.
– Все именно так, как вы говорите, мистер Рендолл! – я кивнул полковнику.
В ответ на слова полковника я только молча пожал плечами. Русские платят за победу над Гитлером своей кровью, и такая позиция полковника была уж слишком меркантильной. Совсем недавно наш флот потерпел очередное поражение от японцев и, потеряв Гавайи, откатился к нашему западному побережью.
В этот момент, наверное, убедившись в том, что нормальной артподготовки им провести уже не удастся, германские генералы двинули вперед свою главную силу: танки и пехоту. В мой превосходный морской бинокль было хорошо видно, как поле перед немецкими окопами заполнилось серыми коробочками германских танков и бронетранспортеров. Их никак не меньше двух сотен.

















