Лёд и пламя

Штыки сняли только в блиндаже, так как в штыковую атаку никто ходить не собирался. Раньше, после получения винтовок бойцы вынуждены были ходить с примкнутым штыком. Это было связанно с личностью командира их добровольческого батальона. В прошлом, он был офицером царской армии и являлся большим фанатом штыкового боя, и в процессе обучения добровольцев, процентов сорок времени было занято отработкой его приёмов.

Сейчас, я был только благодарен этому бывшему царскому офицеру за такой подарок. Наличие примкнутого штыка снимало кучу проблем по бесшумному уничтожению часовых.

Единственное, что вызывало опасение, это момент снятия винтовки с плеча. Везти же её всё время в руках было весьма чревато. Часовой, автоматически насторожится, увидев в руках оружие. Другое дело, вид бойцов с винтовками, висящими за плечами, это должно в какой- то мере расслабить часового. Он, может быть, уже не будет так пристально следить за руками приближающихся к нему людей и за тем, что в них появится. Поэтому, я решил обезвредить часового с помощью ножа, а Шерхан вез с собой завёрнутый в мешковину топор. Как он сказал:

— Мне, товарищ лейтенант, как-то сподручнее действовать топором, чем ножом.

Даже вблизи, ножом, хрен проткнёшь финский тулуп, а по горлу в спешке, попробуй, попади. А если уж на расстоянии, то нож, вообще, бесполезная игрушка, а топором я метров с десяти заеду в прямо голову, если уж не остриём, то обухом, точно. Финну, я думаю, будет всё равно, в любом случае, он направится дорогой мёртвых прямо в свой буржуйский ад.

Я не стал с ним спорить и настаивать, чтобы выбрал другое оружие. Тем более, топор, закрытый мешковиной, совершенно не походил на оружие и не вызывал никаких опасений.

Скорость движения у нас была приличная. Ярко светила луна, и для ночного времени видимость была прекрасная. Было не очень холодно, по моим ощущениям, температура была в районе десяти градусов ниже нуля. Минут через двадцать пять с начала нашего движения, раздался свист, и со стороны деревьев возникла фигура человека в маскхалате. Я притормозил и, уже не спеша, подъехал к появившемуся перед нами финну. Он стоял на лыжах, без лыжных палок, на груди у него висел автомат «Суоми», направленный прямо на нас.

Остановившись от него на расстоянии метров пяти, я, не дожидаясь вопросов, назвал сегодняшний пароль. Финн принял это как должное, сплюнул и, как старый знакомый, спросил:

— А что вы возвращаетесь так рано? Только днём уехали, и уже обратно. Уже загрузились скальпами краснопёрых? Везёт же добровольцам – выехал на несколько часов, набил, сколько надо русских и домой, на печку. А тут, как привязанный, стоишь на холоде и только и делаешь, что провожаешь счастливцев. Женского тела уже месяц не нюхал.