Лёд и пламя

У финнов же восемьдесят два человека были убиты, и десять мы взяли в плен. Нам бы всегда так воевать, тогда никакая фашистская Германия была бы не страшна.

Собрав все документы обратно в сумку, кивнув Шерхану, я вышел из этого блиндажа, моими стараниями превратившимся в склеп. Все наши боевые группы уже собрались на этом блокпосту. Даже обоз был уже здесь. Бульба, со своими обозниками деловито шнырял по блиндажам. Подозвав старшину, я поручил ему силами кучеров и поваров, на всякий случай, организовать оборону блокпоста, а так же взять под охрану пленных егерей.

Потом подозвал всех командиров боевых групп, мы последний раз сверили часы, и я дал команду к началу выдвижения в населённый пункт.

Моя боевая группа состояла: из второго отделения первого взвода, Петрова с ручным пулемётом, Якута с трофейным снайперским ружьём и Шерхана. К месту расположения танков мы добрались за двадцать пять минут до начала общей атаки. По деревне двигались, особо не скрываясь, цепочкой, по одной лыжне. Если даже кто и видел нас, то наверняка подумал, что это возвращающееся с задания финское подразделение.

В белых маскхалатах, мы практически ничем не отличались от егерей.

По-видимому, так подумал и часовой, топтавшийся у входа в кирху – именно там располагался штаб финской группировки. Он прекрасно видел, как мы проскользили по краю площади, перед этим храмом. Собаки в деревенских усадьбах брехали, как обычно, безо всякого надрыва. Наверное, они уже привыкли к частому ночному перемещению многочисленных групп чужих людей.

Может быть, нас видел и часовой, ходивший недалеко от входа в здание, где ночевали танкисты. Это был довольно большой двухэтажный дом, на первом этаже которого располагалась местная пивная, а второй использовался, как гостиница.

Я исходил из предположения, что он нас заметил, так как этот дом находился на краю этой же площади, и некоторое время, пока нас не загородили стоящие танки, мы должны были находиться в поле зрения часового.

Каждое мгновение, пока мы двигались по этой площади, я ожидал окрика, или даже выстрела в нашу сторону. Но всё прошло гладко, никто из часовых даже не насторожился, видя двигающихся метрах в ста от них лыжников.

Всё-таки нам помогало то обстоятельство, что части, расположенные в деревне принадлежали к разным подразделениям. Вдобавок к регулярным частям финской армии, здесь же располагался батальон военизированной организации – Шюцкор (охранные отряды). Диверсионно-партизанские группы этого батальона каждую ночь направлялись или возвращались из рейдов по тылам нашей армии.

Я очень рассчитывал на то, что если даже кто и заметит передвижение наших групп, то подумает, что это шюцкоровцы возвращаются с задания.