Моя мачеха – иномирянка (СИ)

 – Вы работаете няней? Или сиделкой?

Женщина перестала кашлять и, гордо выпрямившись, бросила на меня оскорблённый взгляд.

«О, дорогая, это только начало», – пообещала я и сделала ещё шаг.

Слуги передо мною расступались, освобождая путь к сопернице. Заметив, что Молари вдохнула, я быстро произнесла:

– В таком случае вы неважно справляетесь со своими обязанностями. Толкнуть служанку прямо на подопечную, которая не может защититься? Это, по-вашему, забота о прикованной к креслу девочке?

А вот теперь Молари побледнела. Да так, что я всерьёз забеспокоилась, что женщина вот-вот грохнется в обморок. А это в мои планы не входило, поэтому я поторопилась поставить точку, обозначив, кто здесь босс.

Третье правило: как только завладел вниманием коллектора, то сразу приступай к делу. Излагай свою позицию чётко, ясно и кратко.

– Вернитесь к себе и запишите обязанности, которые исполняли, пока в замке не было хозяйки. Я пересмотрю их, взяв часть на себя. Или полностью устранив, поскольку и сама смогу позаботиться о своей приёмной дочери.

На покрасневшую от негодования Молари приятно было посмотреть. Но женщина не собиралась сдаваться. Наконец получив возможность вставить хоть слово, она процедила:

– Только соэр Кендан может уволить меня!

Я спрятала ухмылку. Соперница понимала, что победа за мной, потому и выложила свой главный козырь, напомнив всем присутствующим о связи с их хозяином.

Приблизившись, я с усилием отодрала её руки от коляски и мило улыбнулась.

– Всё меняется, моя дорогая.

Повернувшись, повезла девочку к столу.

– Амелота, ты уже поела? Не составишь мне компанию за завтраком?

– Хочу пить, – призналась девочка и несмело подняла голову.

Заметив её виноватый взгляд, я на миг опешила, но тут услышала дрожащий девичий голосок:

– Вы звали меня, сейра Стенси?

Оглянувшись, я увидела Конни, и в груди похолодело.

Девушка выглядела ужасно! В волосах палочки соломы, платье измято, рука обёрнута грязной тряпкой, глаза красны, губы искусаны, будто служанка сдерживала крики.

Я подняла взгляд на топчущегося за девушкой повара, и тот, без слов поняв моё состояние, принялся оправдываться:

– Вы приказали немедленно, поэтому я не позволил девчонке умыться и причесаться.

У меня сердце заболело: ну и порядки здесь! Подавив желание огреть верзилу первой попавшейся сковородкой, я как можно спокойнее произнесла:

– Приведи себя в порядок и ступай ко мне.

Глаза Конни расширились, в них отразилось непонимание, бескровные губы шевельнулись, будто она хотела спросить зачем, но не смела. Я пояснила громко, чтобы слышали все:

– С этого дня ты будешь моей личной служанкой.

Поднялся шум, и вперёд выступила девушка, которая вчера расчёсывала меня.