Наследие Скарлатти

Вся его работа заключалась в закупке канцелярских принадлежностей: бумаги, карандашей, записных книжек и бесчисленных коробочек со скрепками.

Даже издатель Томас Оугилви отказался принять его, видимо предупрежденный Элизабет.

Даже Джанет держалась на расстоянии, всегда тактично извиняясь за свое поведение. Он начал догадываться, что произошло: ему уготована участь жиголо. Он продал себя, его услугами попользовались, их оплатили. В данный момент в нем не нуждались, но он может еще понадобиться.

Неужели с Джанет все кончено? Да разве возможно такое? Он говорил себе: нет! Она внушала ему то же самое. Она просила его набраться терпения, ждать, но не обманывала ли она саму себя?

Он начал сомневаться в своей способности делать правильные умозаключения. Он давно уже бездействовал – вдруг механизм проржавел? И можно ли его исправить? Он вынужден пребывать в чуждом ему мире.

Здесь все было чужим – за исключением Джанет. Она, как и он, не принадлежит этому миру. Она принадлежит ему. Должна принадлежать!

Раздался двойной гудок локомотива, огромные колеса заскрежетали: поезд прибывал на железнодорожный вокзал Женевы. Элизабет забарабанила в перегородку, разделявшую их купе. Стук резанул по нервам: так нетерпеливый хозяин дома подзывает слугу.

Так, собственно, оно и было.

– Я возьму один чемодан, а вы – два остальных. Носильщики пусть заберут все прочее.

Покорно следуя указанию, Кэнфилд отдал распоряжения проводнику и двинулся вслед за Элизабет из вагона.

С двумя чемоданами в руках он чуть замешкался и отстал от Элизабет на несколько шагов: она уже вышагивала по бетонной платформе в направлении вокзала. Благодаря этим-то двум чемоданам они и избежали смерти минутой позже.

Еще выходя из вагона, Кэнфилд заметил в конце платформы какой-то движущийся предмет, похожий на багажную тележку, и, естественно, не придал этому значения. Его внимание было приковано к Элизабет.

Вскоре у него за спиной послышались тревожные голоса. Охваченные страхом люди метались из стороны в сторону. Он оглянулся назад и понял, что происходит.

По платформе с бешеной скоростью мчалась багажная тележка с лежащей на ней огромной стальной пластиной, похожей на гигантскую бритву. Это чудовище катилось прямо на них.

Кэнфилд ринулся к Элизабет и отпихнул ее в сторону. В следующий же момент стальное чудовище врезалось в стенку вагона всего в футе от них.

Публика на платформе была в панике. Отовсюду неслись истерические крики и рыдания. К месту происшествия мчались проводники.

Элизабет, с трудом переводя дыхание, прошептала на ухо Кэнфилду:

– Чемоданы! Чемоданы у вас?

Кэнфилд, к собственному изумлению, обнаружил, что все еще держит один из них в левой руке: чемодан оказался зажатым между спиной Элизабет и вагоном.