Наследие Скарлатти

Слезы ручьем текли по ее лицу.

И тогда Мэтью Кэнфилд услышал мощный шум отъезжающего автомобиля.

Фон Шнитцлер сказал, что распорядился о страховочном выстреле.

Но выстрела не было слышно.

В миле от «Фальке-хаус», на Винтертурштрассе, двое мужчин тащили к грузовику чье-то тело. Они не знали, что с ним делать. Ведь именно этот человек их сам же и нанял, приказав остановить автомобиль, направляющийся к «Фальке-хаус». Он заплатил им вперед, они на этом настаивали. Теперь он был мертв, убит шальной пулей, предназначавшейся для водителя автомобиля. Они тащили тело по каменистому склону к грузовику, кровь изо рта текла на тщательно ухоженные усы.

Человек по имени Пул был мертв.

Майор Мэтью Кэнфилд, которому теперь уже было сорок пять, а скоро стукнет и все сорок шесть, лежал на заднем сиденье армейского джипа, упираясь ногами в дверцу. Они въехали в Ойстер-Бей, и шофер-сержант с болезненно-желтым лицом нарушил молчание:

– Подъезжаем, майор! Просыпайтесь.

Проснуться. Ничего нет легче. Пот градом катился по его лицу. Сердце бешено стучало.

Машина катила под горку, в сторону океана. Когда они подъезжали к дому, майора Мэтью Кэнфилда начал бить озноб. Он сжимал запястья, задерживал дыхание, прикусывал кончик языка. Он ничего не мог с собой поделать. Он не мог позволить себе жалости по отношению к себе самому. Не мог из-за Джанет. Он был перед ней в неоплатном долгу.

Сержант, улыбаясь, свернул на подъездную аллею, выложенную голубым камнем, и остановился у дорожки, ведущей к парадному подъезду большого коттеджа. Сержант любил ездить в Ойстер-Бей вместе со своим богатым шефом. Несмотря на карточную систему, там всегда было много отличной еды, и виски всегда было первоклассное, совсем не такое, к какому привыкли обитатели солдатских казарм.

Майор медленно вылез из машины. Сержант встревожился было: что-то неладное с майором. Он надеялся, что из-за этого не придется сразу же возвращаться обратно в Нью-Йорк.

– Все в порядке, майор?

– Нормально, сержант… Вы не станете возражать, если вам придется переночевать в лодочном сарае? – осведомился он, не глядя на сержанта.

– Конечно, нет, майор! Даже с удовольствием! – Именно там он всегда и ночевал. В лодочном домике имелась домашняя кухня и бездна спиртного. Даже телефон. Но пока что сержант не получил намека, что им можно воспользоваться. Он решил попытать счастья. – Я вам понадоблюсь, майор? Вы не разрешите мне пригласить на огонек парочку друзей?

Майор уже шел по дорожке. Он едва слышно бросил через плечо:

– Поступайте как хотите, сержант. Главное – не подходите к радиотелефону. Вы поняли?

– Слушаюсь, майор! – Сержант, радостный, покатил к берегу.

Мэтью Кэнфилд остановился перед белой дверью с фонарями-«молниями» по обеим сторонам.

Дверь распахнулась.