Наследник для дикаря

– Прости. Я просто. Перенервничала, и…

– Можно подумать, это у тебя первый раз…

Резко говорит и осекается. Снова окидывает меня странным, полыхающим взглядом. Опять начинает бормотать неразборчивые ругательства.

Выносит из заведения, глянув во все стороны так, что вокруг тут же все разбегаются.

А я снова прячу лицо на его груди.

Усаживает на переднее сидение своей машины. И я еще сильнее заворачиваюсь в его пиджак. Ноги прижимаю к груди. В нем будто как в коконе. Жадно вдыхаю его аромат, оставшийся на ткани. Кутаюсь в его тепло, как в одеяло.

Марат пронзает меня взглядом. На миг замирает. А после лишь дергает головой.

Дорога кажется мне бесконечной. Особенно когда слежу за тем, как крепко сжимаются его руки на руле. Вижу, как сжаты челюсти.

Но и она заканчивается. Марат не вышвыривает меня по дороге. Привозит в свой особняк, или, скорее, крепость. Относит на руках в ту самую спальню, укладывая на постель.

Его голос снова становится ледяным. Сухим. Чужим и отстраненным.

А я крепко впиваюсь пальцами в его плечо.

Шепчу, понимая, что он сейчас уйдет.

И снова бормочет ругательства сквозь сжатые зубы.

Но, так и не отпуская меня до конца, сбрасывает рубашку. Укладывается рядом, откинув с меня свой пиджак. Прижимает к себе. К своему раскаленному телу.

И… Я чувствую его дикое желание. Неутоленное. Пульсирующее на моей коже. Впечатывающееся в меня так, как будто сейчас порвет. Протаранит.

– Спи, сказал. И не ерзай.

Крепкая рука падает на мое бедро. Прижимая так крепко, что наша кожа, кажется, сейчас срастется.

А я расслабляюсь только тогда, когда Марат устало прикрывает веки.

Осторожно кладу руки на его грудь.

Сама не замечаю, как начинаю выводить на ней узоры пальцами.

Сейчас он совсем не грозный.

Меня как-то глупо тянет исследовать его тело. Хочется узнать, что у него внутри. В голове. И больше. Какой он?

Подбираюсь выше. Снова втягиваю его аромат. Неповторимый. Будоражащий. Такой по-настоящему мужской.

Гремит Марат, не открывая глаз.

– Не нарывайся, Алмаз.

И я почему-то улыбаюсь, замирая на его груди.

Утром я просыпаюсь. Просто вздрагиваю. Как будто бы меня встряхнули.

Медвежий капкан рук Марата не дает ни пошевелиться, ни вздохнуть.

Он не делает ни единого движения. Просто смотрит. Но так…

Что в горле тут же пересыхает, а по всему телу волнами проносится дрожь.

От этого взгляда я и проснулась. Как от рывка. Даже взгляд Марата способен проникать внутрь. Как будто касаться физически.

Хрипло спрашивает, пробегаясь пальцами по моей щеке.

И я вздрагиваю уже по- настоящему.

Сама тянусь к нему, подаюсь всем телом. Поднимаю руки на мощные плечи.

– Да, – шепчу, когда его пальца оказываются на моих губам.

Ласкают грубой лаской.

Это дикое ощущение. Между ног все сразу вспыхивает. В один момент.