Наследник для дикаря

А черные глаза полыхают самым настоящим пламенем. Превращаются в два черных омута, в которых я просто тону… Пропадаю…

– Не думай, Алмаз, что тебе не придется выполнять своих обязательств, – рвано хрипит Марат, заваливая меня на спину.

Наклоняется, жадно ощупывая все мое тело глазами.

Придавливает весом своего огромного мощного тела, уже пышущего желанием.

– Это была только отсрочка.

Он резко дергает мои руки вверх. Фиксирует над головой.

На миг останавливается.

Будто ищет в моем лице, в моих глазах согласие… Или страх?

Он смотрит пристально. Изучающе. Проникает под самую кожу. И даже глубже.

– Я не отказываюсь, Марат.

Шепчу, облизывая пересохшие губы.

– Тогда давай. Сама. Покажи мне свою страсть и чего ты хочешь, девочка. Я дам тебе такую возможность.

Марат резким движением переворачивается на спину.

А я… Я замираю на миг, не совсем понимая, что мне теперь нужно делать.

Медленно, осторожно наклоняюсь над его лицом.

Провожу по щеке пальцами, как будто изучая.

Марат не двигается. Не подгоняет. Лишь слегка прикрывает веки.

А его грудь ходит ходуном. Кадык дергается.

Чувствую, сколько силы он прилагает к тому, чтобы сдержаться. Не накинуться на меня со всей своей яростной похотью. Со всем жаром и голодом, на который он способен…

Осторожно опускаю обе ладони на его грудь. Чувствую, как кожа раскаляется. Как с силой дергается под ребрами его сердце…

Спускаюсь вниз, прижимаясь ладонями к мощным кубикам пресса.

Самой становится страшно от этой стали мышц. Со мной рядом как будто не живой человек, а самая настоящая мощнейшая машина!

Замираю, когда его мощный член вздрагивает у моих пальцев. Жадно. Требовательно. По-собственнически.

Скольжу руками вверх…

Снова наклоняюсь над его лицом…

Неумело и неуверенно прижимаюсь губами к его губам…

Слышу, как хрустят его резко сжатые кулаки.

Зажмуриваюсь, чувствуя дикую, звериную силу, которую Марат в себе сдерживает.

Меня начинает трясти. Колотить.

Внутри разгорается такой жар, что становится трудно дышать. Я задыхаюсь. Особенно, когда веки Дикаря, вздрогнув, приподнимаются.

Хрипло рычит сквозь сжатые зубы.

Чувствую, как его руки дергаются. Но он замирает. Со скрипом еще сильнее сжимает челюсти. С силой опускает руки вниз так, что матрас просаживается.

Осторожно продолжаю вести по его лицу руками. Ощупываю. Знакомлюсь. Медленно провожу по волосам. Жадно вдыхаю его запах, чувствуя, что впервые по-настоящему наслаждаюсь им. Растворяюсь в нем.

Снова осторожно прикасаюсь к его губам своими. Их вкус взрывает что-то внутри. Как фейерверком.

– Марат, – еле слышно выдыхаю, когда в ответ раздается его нетерпеливое рычание. А руки жадно накрывают мои ягодицы.

Дикарь превращается в миг в настоящего дикаря.

В глазах плещется черное пламя. Взгляд сбил бы с ног.