Никогда не верь пирату

– Мастер вроде вас может придумать куда лучший способ соблазнить женщину, чем подавать ей вино и садиться на диван чересчур близко к ней.

– Сомневаетесь в собственных силах?

Кейд почесал затылок. За все годы обольщения женщин – он уже и счет потерял, сколько их было, – он впервые встречал такую, которая переиграла его так незаметно и решительно. Неужели его действительно так легко разгадать? Пора менять тактику.

– Хотите сказать, что не желаете целоваться со мной?

Раздался звонкий смех:

– Не капризничайте. Вам не идет.

Капризничать? Никто и никогда не называл его капризным.

– Хорошо, мадемуазель, скажите, чего вы хотите?

– Хотелось бы, чтобы вы ответили на мой вопрос.

Вопрос? Она задала вопрос?

– Я сказала, что хотела иметь сестру, а вы посоветовали быть осторожней в своих желаниях. Вот я и спросила, почему вы так сказали.

Кейд нахмурился. Она все еще хочет говорить об этом? Прекрасно. Он всмотрелся в рубиновую жидкость в бокале:

– Правду сказать, брат мне… не доверяет.

– Вы дали ему причины не доверять?

Эта женщина просто обожает задавать неудобные вопросы. Она словно точно знала, как пробить очередную дыру в его броне. Кейд подумал о том, что сказал Томлинсон.

«Вы случайно не Черный Лис?»

Кейд знал, что Рейф подозревает его. Знал это с того момента, как Рейф увидел в клубе газету и подозрительно уставился на него.

– Очень много, – прошептал он.

– Назовите хотя бы одну, – прошептала в ответ Даньелл. Она вела опасную игру, выспрашивая Кейда Кавендиша о его секретах. Ее сердце сжалось от страха. Он не скажет ей ничего, не вытащив на свет ее тайны. Необходимо о чем-то рассказать этому человеку.

«Мне нужно выполнять задание», – напомнила себе Даньелл. Гримальди желал знать, почему самопровозглашенная паршивая овца семьи Кавендишей находится в Лондоне. С кем и почему встречается. Именно по этой причине ее послали в дом виконта. Не любоваться прозрачно-голубыми глазами, не вдыхать исходящий от него запах древесного дыма и мыла. Не отмечать, как он наклоняет голову, любуясь ее губами. Не смотреть на очаровательную ямочку на его щеке. Боже, это только мешает делу!

– Меня не было много лет. Пока я в прошлом году не вернулся в Лондон, брат считал меня мертвым.

– Мертвым? – Это слово испугало ее. Она села прямее. – Почему?

Она отпила вина, пытаясь осмыслить это откровение.

Кейд протянул руку и кончиком пальца обвел вырез ее платья. Прямо по обнаженной коже.

– Скажем так: для моей работы лучше, если меня иногда считают мертвым.

– Что это, спрашивается, означает?

Но ее слова были немного бессвязны, учитывая, как отвлекал ее его палец.

– Я не всегда был на… стороне закона, – докончил он, проводя пальцем по вене от ее шеи до уха. Даньелл закрыла глаза.