Низший

Более того – они жесткие, эта жесткость ощущается в их поведении, в их позах, в их взглядах. Это сразу бросается в глаза – женщинам не свойственна подобная аура. Они резко выделяются и на фоне брутальных парней брызжущих угрюмым адреналином даже из ушей. Обе одеты в синее. Экипировка почти такая же как у парней, но значительно облегченная и без раздутой защиты на плечах и груди. Вместо нее аккуратные наплечники. Головы прикрыты пластиковыми касками. На шеях яркие желтые платки. Тонкие перчатки, на костяшках поблескивает острый металл. У каждой за спиной длинная… винтовка? Не винтовка?

Я сделал стойку. С превеликим трудом удержался от движений.

Никчемный гоблин не смеет смотреть на оружие орков и полуросликов, бвана. Трусливый гоблин больше не поднимет взгляда…

Но гоблин взгляд поднял. И ничуть этого не скрывал – вокруг меня на явившихся гостей смотрели все за исключением спящих. Да и те уже разлепляли сонные глаза и вперяли взоры туда же – на тех, кто будто бы пришел сюда из иного мира, более чистого и приятного.

– Вот это я понимаю другая эволюционная ступенька развития – пробормотал я больше себе, но был услышан и доходягой справа.

– Кто б мне дал одну из этих цыпочек часочка на четыре – мечтательно прохрипел зомби слева.

На четыре часа? Парень… да тебе и четырех минут много будет, судя по пылающему взору, тянущейся с губ струйке слюны и неистово ерзающему по скамье тощему тазу.

Вот вроде смотрел прямо на него и вроде даже видел в деталях. А понять, что это такое не мог. Никакого намека на ствол. Но отчетливо вижу приклад. Простенький такой, едва намеченный. Противоположный конец оружия… черт… такое впечатление, что за спинами девушек висят обычные доски, которым с помощью лобзика придали грубую форму винтовки – без ствола – и снабдили это убожество ремнями. С таким «оружием» детишки в войнушки играют. Тут с наскока не разберешь. Поэтому вернусь-ка я к пятому из гостей. Тому, что стоял во главе угла, образованного помощниками и, заложив руки за спину, с деланной доброжелательностью оглядывал собравшийся на семнадцатом перекрестке гоблинский и оркский сброд. Почему с деланной? А его выдавала чересчур сильно оттопыренная нижняя губа, показывающая всю глубину охватившего его пренебрежения к раскинувшемуся перед ним жалкому зрелищу. Он среди них главный. Тут не ошибешься.

– Нужно двадцать крепких и смелых орков! Сойдут и гоблины. Никаких зомби! – с уже нескрываемой скукой в голосе заговорил главный.

Я же рассматривал его в оба глаза.

Черная футболка, оливковые штаны военного кроя, ботинки на толстой рифленой подошве, длинный плащ неброского серого цвета. Серая бейсболка с ярко-желтым языком огня. Пояс есть, но висит ли на нем что-нибудь не вижу – плащ мешает.