Обратная сила. Том 2. 1965–1982

 – Бред и свинство! Неужели с аномалиями психики получится так же?

– Милая, как оно получится в будущем – я тебе сказать не берусь, но вот как было в прошлом, пожалуй, расскажу. Еще сто лет назад, в начале восьмидесятых годов прошлого века, великий Спасович вел в суде защиту некоей Островлевой, женщины истеричной и странной. Про таких сегодня говорят «больная на всю голову». Но сумасшедшей в полном смысле слова она не была. И всю свою речь Владимир Данилович построил на обосновании уменьшенной вменяемости подсудимой.

Я как-то попытался использовать эти аргументы при подготовке к процессу, даже вставил пару цитат в свою речь, но потом вычеркнул. Спасович говорил о том, что разум подсудимой столь слаб, что его посещают ложные идеи, и когда судьи пытаются добраться до корня зла в деянии, до причин бездеятельности рассудка, до слабости нравственного чувства, они неминуемо наталкиваются не на личную вину и даже не на воспитание, а на уродливый от природы физический организм, расстроенные нервы и превратные от самой природы половые инстинкты.

– А почему вычеркнул? – спросила Вера. – Хорошая же цитата!

– Ну, Веруня, не любят нынешние судьи юристов девятнадцатого века. Впрочем, судя по истории с виктимологией, они и нынешних юристов не особо жалуют. А вот вам более свежий пример: это был уже тысяча девятьсот пятьдесят пятый или пятьдесят шестой год, сейчас точно не вспомню. Адвокат Островский ведет в суде защиту некоего Тихомирова, который вместе с женой и соседкой убил свою невестку и инсценировал потом самоповешение.

Жена Тихомирова и их соседка – две жуткие дамы, а сам подсудимый – тихий безответный человек, которого жена-тиранка совершенно задавила и подчинила своей воле. Мужичок – слабый и трусливый, боящийся в присутствии жены поднять голову, но очень работящий, трудяга такой, на его заработки вся семья жила. А жена только денег и требовала каждый день, больше ей муж ни для чего не был нужен. Кричала на него, оскорбляла, поносила всячески, била и денежки тянула. Невестку, жену сына, эта дамочка сильно невзлюбила и решила ненавистную молодуху убить. А мужу своему тихому велела помогать ей в этом нелегком деле. Еще и соседку привлекла, пообещав ей в качестве вознаграждения какие-то вещички будущей покойницы.

– Я помню речь Островского по этому делу, – оживилась Люся, – я ее читала.