Обрученные луной
Самой Луной тебе, дурню мохнатому, предназначенная.
Хольм еще раз шагнул назад, словно от удара, недоуменно и испуганно воззрился на Брангарда. Истинная пара? Половинка души, разделенной на двоих? Живая сказка, что встречается все реже и реже? Но…
— Быть не может, — прошептал он непослушными почему-то губами. — Бран, она бы меня тоже узнала! А она… Она меня боится! Она в тебя влюбилась!
Младший смотрел на него все с той же непонятной жалостью, словно на смертельно больного или раненого. А у Хольма всплывало в памяти все, что он чувствовал при взгляде на Лестану. Сумасшедшая нежность, благоговение, желание быть рядом, прикасаться, заглядывать в глаза и дышать ее запахом, гладить серебристые волосы девушки и ее тонкие пальчики, любоваться, защищать, носить на руках, пробовать на вкус ее гладкую светлую кожу языком…
И запах! Как он не понимал этого раньше? Все оборотни пахнут своим зверем.
— Почему она меня не узнала? — снова спросил он растерянно, пытаясь понять и вместить это невероятное знание, которое меняет все.
— Потому что Лестана еще не призвала своего зверя, — терпеливо объяснил Брангард. — Ты чем вообще слушал, когда шла речь о договоре? Ей двадцать лет без одного месяца, а она еще ни разу не перекинулась. Ну как она почует свою истинную пару, если она человек? Хольм, ты меня слышишь? Она может остаться всего лишь человеком, понимаешь? Тогда она потеряет место наследницы клана.
— Я люблю ее, — тихо сказал Хольм, не понимая, какое значение имеет вот это вот все, о чем говорит Брангард, явно считая свои слова очень важными. — Мне все равно, кто она. Человек или оборотень, правительница клана или… Я ее никому не отдам. Даже тебе.
— Ты ее совсем не знаешь, — вздохнул Брангард. — Не рычи, я же не говорю о ней плохо. Просто ты не понимаешь, какая она… Хольм, ты твердо все решил? Ну, истинная пара, бывает.

















