Одна смертельная тайна

– Кому? Аржанову? – Саше показалось, что она ослышалась.

– Ну да. Тот сначала собирался тут кабанов разводить, а Петр Степанович и рассказал, что в наших лесах дичи много – надо, мол, этим воспользоваться. Обычная охота на зверя много где есть. У того же Аржанова еще три базы имеются, а на водоплавающую дичь только у нас охоту организуют. Олигарх Петра послушался и не прогадал. Процветает база-то.

Значит, Аржанов был знаком с сыном тети Нюры еще до того, как построил тут охотхозяйство? Эту мысль нужно было хорошенько обдумать. Откуда олигарх из Архангельской области мог знать простого деревенского мужика, когда-то работавшего в фотоателье охранником? Как он вообще очутился в Глухой Квохте и купил тут землю? Зачем?

– А они были знакомы? – осторожно спросила она у Михаила.

– Кто? – не понял тот.

– Петр Степанович и Аржанов.

По лицу Михаила прошла какая-то непонятная тень. Саша бы и не заметила ее, если бы внутренние локаторы не были у нее сейчас настроены крайне тонко и чувствительно.

– То мне неведомо. Вы лучше у самого Аржанова спросите.

Меньше всего на свете Саше хотелось задавать вопросы подозрительному олигарху.

Как назло, именно он появился в питомнике и сейчас шагал по дорожке по направлению к Александре Архиповой.

– Миша, – негромко позвала она и показала глазами на приближающегося олигарха. – Вам не попадет, что вы меня сюда пустили?

– Все в порядке, – коротко ответил Лаврушкин и громко поздоровался, – добрый день, Александр Федорович.

– Привет, Мишаня. Ну что, как утки поживают?

– Да все в порядке, что им сделается. Ежедневно от трех до пяти в охоте используем. Остальные готовы.

– А Маруся по-прежнему самая голосистая?

– Да, – Михаил улыбнулся, открыто, радостно.

 – Такие рулады выводит, любо-дорого.

– А Маруся – это кто? – спросила Саша, которой надоело стоять столбом посредине утятника. И почему к ней относятся как к неодушевленному предмету?

Аржанов чуть лениво повернулся к ней. Оглядел с головы до ног. Не спеша, обстоятельно.

– А Маруся – это наша самая лучшая подсадная утка, – любезно снизошел до пояснения он. – У манных крякв одна из главных рабочих характеристик – это их «разговорчивость». И вот Маруся практически не замолкает, когда в озере оказывается.

Она у нас чемпионка по привлечению селезней, знаете ли. Простите, мы с вами не успели познакомиться. Вас как зовут?

– Саша, – она тут же спохватилась и представилась более официально, – Александра Архипова. Я лингвист. Работаю над диссертацией, которая посвящена берестяной грамоте, найденной в Глухой Квохте при строительстве вашей базы.

– О-о-о, вы Алексея Яковлевича ученица.

– А вы, стало быть, знаете профессора Розенкранца…

– Да. Имею честь с ним даже немного дружить.

Саша задумчиво смотрела на Аржанова.