Отрок. Перелом

В Ратном, где стезя воина считалась единственно почетной и достойной для мужей, даже девчоночьи драки велись умело, без визга и дури, особенно когда отроков поблизости не оказывалось, а уж у мальчишек, с детства отстаивавших свое право на первенство среди сверстников, и подавно приветствовались старшими. Но обучение настоящей рукопашной схватке только вначале казалось привычным к потасовкам отрокам легче и проще, чем мечный бой.

Столько нового они узнали про то, куда и как надо бить и как стоять или двигаться! Раньше им и в голову не приходило, насколько это не простое дело – кулаками махать.

И что умение падать, не покалечившись и не ушибившись, спасло немало воинов. Но сколько шишек и ссадин надо заработать, пока этому научишься!

И учили их жестко, не жалея. Именно в этом отличились новики. Еще совсем недавно они сами так же бегали с плетенками на голове и деревянными мечами и прекрасно знали, когда ученик не ждет подвоха и где его легче всего подловить. И изгалялись при этом что Коник, что Ерема, как могли, ставя хитрые подножки и сбивая зазевавшихся отроков с ног без предупреждения. Ожидать подобной «подлости» приходилось в любой момент, пока шло обучение, в том числе и на утренней пробежке.

И сбитый таким подлым приемом отрок, коли уж не смог увернуться, должен был не просто упасть правильно, а мгновенно откатиться, не мешкая и не путаясь в снаряжении, чтобы не получить сильного пинка, вскочить на ноги и продолжить бег. А это тоже, оказалось, целая наука.

Иной раз отрокам казалось, что вся учеба только и состоит из разного рода пакостей, нарочно измысленных, чтобы если и не прикончить или покалечить их, то довести до полного изнеможения.

Или бешенства.

Конечно, каждый из них признавал, что без труда и преодоления боли и усталости воином не станешь – это в воинском поселении трудно не усвоить. И каждый готов был отстаивать с кулаками свое право и дальше получать синяки и набивать шишки. Но нет-нет да мелькали предательские мысли: вот здесь можно бы и не надрываться так, а здесь бежать помедленнее. От учебы-то не убудет, а все полегче. И кому какая польза, если ученик покалечится или упадет в изнеможении?

И хоть воинский пояс и ратная слава были заветной мечтой любого из отроков, но коли выпадал случай полодырничать, не упускал его никто, дескать, учеба не убежит, столько всего еще впереди: только в учениках ходить не меньше двух лет, да новиком три, а то и больше.

Уверены были, что успеют и мечом намахаться, и в седле задницу намять.

Веденю, своего нового десятника, такого же отрока, как все, неожиданно выбившегося в «начальные люди» (некоторые и не поняли, с какого перепуга), и послать подальше могли: они-то не хуже его, тому же учены, что и как делать, сами знали.