Отрок. Перелом

Зато Анька почти открыто торжествовала и, улучив момент, не преминула показать сестрице язык.

Анна проводила глазами девчонок и снова почувствовала нарастающее раздражение:

Однако разговор с Алексеем пришлось отложить – после завтрака надо было проводить вновь прибывших в лазарет. Порядок есть порядок – всех новоселов в крепости должно представить для осмотра лекарке Иулии. Правда, она по строптивости нрава недавно насмерть разругалась с Мишаней и убралась к матери, в Ратное, а в лазарете нынче распоряжался Юлькин помощник Матвей.

Рожок Дударика пропел команду «Приступить к занятиям», на него тотчас откликнулись голоса урядников, потом раздалось дружное топанье отроков, откуда-то донеслась ругательная скороговорка Сучка… Очередной день жизни Академии покатился по указанной в расписании занятий колее. Анна привычно проверила котел с пищей для отбывающих наказание в темнице (а что там проверять-то – репа да вода) и вместе с Ариной и ее сестренками пошла в сторону лазарета.

Дед Семен, как выяснилось, уже побывал там с утра пораньше.

Осматривать же саму Арину, ее сестер и Ульяну мальчишке, конечно, не позволили бы. Анна-то и пошла с ними как раз, чтобы проследить за этим, а то ведь от Матвея можно ожидать любой неожиданности, как правило – не самой приятной. Только неприятность, хотя и несколько иного свойства, встретила их еще по пути: из-за угла прямо на них вышел наставник Глеб. Анна ожидала этого еще вчера, но в хлопотах как-то из виду упустила. Да и предотвратить, к сожалению, была не в силах – ну разве обольститель и причина слез чуть ли не половины всех девок и молодух Ратного пропустит прибытие в крепость молодой и красивой вдовы?

– Здрава будь, Анюта, – голос Глеба, едва только он увидел Арину, сделался мягким, глубоким и призывно тягучим, – и ты, Аринушка.

– Глеб! – предостерегающе прикрикнула вместо приветствия Анна. – Даже и не думай!

– А что такое, Анюта? – Глеб вздернул брови в притворном изумлении. – Я что? Я ничего!

И тут же, в полном противоречии со своими словами, выпятил грудь, заложил большие пальцы рук за пояс и окинул Арину масляным взглядом, слегка поводя плечами из стороны в сторону.

– На эдакую красу поглядеть с приятностью вовсе и не грех.

Слова были обращены вроде бы и Анне, но глядел наставник при этом только на Арину. Анна снова было собралась прикрикнуть, хотя уже и чувствовала, что криком здесь не поможешь, да и само повышение голоса – свидетельство беспомощности (ну нет у баб средства против Глебовых «заходов»!), как вдруг…

Что-то пошло не так.